Купленная ночь

У неё были предпочтения! И много! Она даже заранее заготавливала речь, собираясь с исполнителем поговорить, объяснить, что от того требуется. Но сейчас у неё словно онемел язык. Стоило только представить, что она говорит вслух ЭТО ему, как отпадало всё желание открывать рот. И появлялось другое — сбежать. Да-да, смалодушничать и, сорвавшись, покинуть снятый коттедж. Чтобы на следующий день ругать себя, на чем свет стоит и обвинять в том, что не хватило храбрости довести задуманное до конца.

Поэтому Уитни упорно молчала, выжидая удобного момента. Она всё ещё не теряла надежды, что молодой человек одумается, вспомнит, для чего он здесь, и у них начнутся…ээээ…. продуктивные действия. Именно так.

У мужчины, что не удосужился назвать даже вымышленное имя, были другие планы на её счет.

Он поднял руку и дотронулся до волос девушки. Оп, и шпильки — те самые, что она готовила в качестве запасного оружия, — оказываются в его руке.

— Вы зажаты. Мне это неприятно.

Вот как даже! Это, оказывается, ему неприятно! Уитни от возмущения задохнулась и почувствовала, как кровь приливает к щекам. А о её реакции он не подумал? Спросила себя и тотчас дала ответ — нет, ему всё равно.

Волосы шелковым каскадом упали на плечи, заставив Уитни оторваться от неприятных мыслей и сдержать негодование. Ещё успеется. Если и дальше их общение пойдет в таком же холодно-неприятном русле, Уитни прервет его. Потому что, всё будет бесполезно.

Кое-как справившись с разочарованием, девушка продолжала, молча, ждать его дальнейших действий.

Видимо, с его стороны следовала аналогичная реакция.

Потому что мужчина, слегка нахмурившись, лениво поинтересовался:

— Будем здесь?

И кивнул на кресла.

Уитни удивленно несколько раз моргнула.

— Будем здесь, что? — более нелепого вопроса задать она не могла.

За что и сразу поплатилась, услышав ответ:

— Предаваться разврату."

"Прозвучало очень пошло, вульгарно.

Уитни замерла, пытаясь осмыслить сказанное, не среагировала сразу, за что и поплатилась.

Видимо, лимит терпения у незнакомца закончился, и он перешёл к активным действиям. Резковато притянул Уитни за плечи и накрыл её губы своими.

Вот тут для девушки и началось, как оказалось, самое интересное. К двадцати четырем годами мисс Уитни Кларисс и целовалась не единожды. Да чего греха таить, и замуж её звали. Но всё не те. Ничего не вспыхивало, ни екало в груди молодой девушки, оставляя её равнодушной к партнеру. И само замужество не входило в её планы. Уитни казалось кощунственной мысль, что она выйдет замуж без благословения батюшки. Она никому не озвучивала причину своих отказов, понимала — люди не поймут.