Купленная ночь

Мол, одинокая женщина на корабле. Абсурд. Экипаж корабля был беспрекословно предан Киану. Хорошо, тогда Серж. Помилуйте, что может с ней сотворить мальчишка, страдающей морской болезнью? Молодой Зародски сразу объявил, что у него резко ухудшилось самочувствие, и старался не выходить из каюты. Позволял себе лишь небольшие прогулки ночью, когда на небе всходила Луна, и наступало время детей ночи. В темное время суток Уитни предпочитала спать. Желательно, в объятиях Киана. Она окончательно перебралась в его каюту.

И всё же поведение Редраса вызывало много вопросов. Сначала Уитни даже воспротивилась его распоряжению. С какой стати он раскомандывался?

Он напомнил.

— Я — хозяин «Кеатцалькоатля». Ты — пассажирка.

Ах, вот, значит, как!

Возмущенно сверкнув глазами и подобрав юбки, Уитни развернулась на каблуках, собравшись в гордом молчании покинуть его каюту. Не получилось. Была настигнута у двери и зацелована.

Он вообще нашёл идеальный способ прекращения дискуссии с ней — если она начинала противиться его решениям, сгребал в объятия. Невоспитанность в чистом виде, право же.

Но ей нравилось.

Вот так они и плыли.

Уитни несколько раз пыталась расспросить Киана о его звере или Терозатле.

— Всему своё время, — получала ответ.

На что недовольно хмурилась.

— Уитни, потерпи, пожалуйста, немного.

Девушка вздыхала и соглашалась.

К чему нарушать идиллию? Ей было хорошо. Очень хорошо…

Но она забыла об одном жизненном парадоксе — рано или поздно все хорошее и плохое заканчивается.

На десятый день путешествия она обратила внимания, что Киан много времени проводил с капитаном. Даже оставил несколько раз её одну на палубе. Правда, до того, как покинуть девушку, пристально всматривался в воду, словно хотел там, в глубине, что-то рассмотреть.

— Киан, всё нормально? — наконец, спросила обеспокоено Уитни.

— Не волнуйся, — улыбнулся Киан, целуя её в кончик носа, при этом его глаза оставались холодными.

И в сердце Уитни закралось нехорошее предчувствие.

Что-то должно случиться.

Ещё она тосковала по Галатее и переживала за неё. Оставалось надеяться, что столь скорый отъезд воспитанницы не отразился негативно на репутации госпожи Ордон. Да и по болтовне Симоны Уитни тоже порой тосковала. И очень надеялась, что у девушки всё благополучно сложилось с оружейником.

После ужина Киан вышел, ей же велел ложиться в кровать, не дожидаясь его. Ещё одна странность. Встревоженная Уитни думала даже проследить за мужчиной, но вспомнив, что Киан обладает сверхобонянием, откинула мысль прочь. Хорошо же она будет выглядеть, пойманная с поличным!

Кусая от волнения губы, Уитни, переодевшись в очередное воздушно-прозрачное ночное безобразие, прошла к кровати.

Откинула покрывало и присела на краешек матраса.