Купи мне маму! (СИ)

- Ладно? – удивляется брат.

- Ну да. Мне приятно, что теперь Эмма считает меня эдаким романтиком. Скажу, что просто хотел отблагодарить её таким образом за спасение дочери, а кое-кто останется без ничего. И ты же понимаешь, кого я имею в виду, когда говорю «кое-кто»? Глупо с твоей стороны отрицать, что Эмма симпатична тебе. Я бы на твоём месте попытал счастья. Когда ещё встретишь такую прекрасную девушку?

Влад мрачнеет. Я попал в точку. Он хочет свести меня с няней моей дочери, но при этом Эмма симпатична ему самому. Мне сыграть роль сводника в этой ситуации? Или заставить брата самого испытать дух соперничества, который он пытается пробудить во мне?

- Почему ты такой бесчувственный? Неужели она тебе не понравилась? Эмма милая… И твоя дочь без ума от неё. Вы станете идеальной семьёй.

Идеальной семьи у меня никогда не было. Ни-ког-да…

Я считал, что стану самым счастливым человеком, когда Ева сказала мне «да». А какой была моя радость, едва она сообщила новость о беременности? Я готов был до небес прыгать от счастья. Мы готовились стать полноценной семьёй, но после родов Ева изменилась. Она стала капризной. Врачи говорили, что так проявляет себя послеродовая депрессия. Принимать Алису Ева категорически отказывалась и твердила, что ребёнок всё испортил, между нами ничего не будет как раньше. Жена словно испытала ко мне отвращение, потребовала, чтобы я съехал из комнаты и не ложился в одну постель с ней, а потом до меня дошли слухи…

Вспоминаю, как меня впервые ткнули носом в её измену. Один из партнёров прислал фотографии из клуба, где жена бесстыдно льнула к своему бывшему, а его руки нагло лезли под её одежду. Я примчался туда и застукал Еву в одной постели с ним. Это было больно, но она плакала, говорила, что сама не знает, что на неё нашло, мол, во всём виновен алкоголь… и не только он. Ева стала принимать различные запрещённые вещества. Делала это словно назло мне, порой у меня на глазах неадекватно вела себя, а потом снова слёзно молила о прощении. И я прощал… Думал, что дело в любви, но теперь мне кажется, что любовь умерла в тот самый день, когда поймал её на первой измене. Потом я просто чувствовал на себя ответственность за то, что с ней стало. Я корил себя, ведь это я торопил Еву с рождением ребёнка. Возможно, если бы не это, она бы не поменялась? Кто его теперь знает, как всё сложилось бы? Голова идёт кругом. В висках неприятно пульсирует, но я стараюсь не заострять на этих ощущениях внимание.

- Ты что-то сказал? – переспрашиваю я, поворачивая к офису.

- Сказал, что ты бесчувственный чурбан… Видимо, тебя сильно задели мои слова, аж завис бедняга.

Я хмыкаю.

Брату хочется поспорить со мной? Пусть так… Знает же, что ввязываться в это не стану – не такой я человек.