Купель Офелии

И очень умело изображала из себя даму с хрупкой душевной организацией, которую одолевают страхи перед призраками и всяческие предчувствия необратимой беды. Мне и в голову не могло прийти, что этим самым призраком являешься именно ты. Атмосфера, царящая здесь, рассказ Донателлы про проклятье имения «Алое» прекрасно работали на твой образ. С ролью бескорыстной помощницы и спасительницы ты тоже великолепно справилась. Впрочем, мне действительно есть за что тебя благодарить. Ты вовремя оказалась в нужном месте и успела выбить у меня из рук бутылку, в которую сама же положила яд. Я только одного понять не могу, какой смысл тебе было убивать журналиста? Неужели, чтобы создать у всех иллюзию мнимой мести графа? Или настолько оскорбилась, когда он тебя кинул с подсказкой?

Галочка смотрела на него с таким искреннем удивлением, что Ванька занервничал.

– Терехин, у тебя, кажется, помутнение рассудка? – спокойно спросила она. – Я медицинское училище закончила! Забыл, что я роды у твоей шизанутой готки принимала? Технику безопасности при оказании первой помощи пострадавшим с отравлениями и судебную медицину в училище тоже проходят. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, от чего Донателла умерла. Более идиотского поступка, как пить из бутылки, которая находится в комнате отравленной, сложно себе вообразить. Мало того, ты чуть режиссера не убил!

– Бессмысленно отпираться, Галь, – уж несколько неуверенно произнес Ванька. Невозмутимость бывшей выбила его из колеи. – Я видел тебя с утра у комнаты Донателлы незадолго до ее смерти."

"– Так и я тебя видела, радость моя! – усмехнулась Галина. – Может, ты сам Донателлу и отравил? А потом у всех на виду прикинулся валенком, схватившись за тоник, чтобы отвести от себя подозрение. У тебя и мотив был замечательный – ты ведь сначала решил, что Донателла виновна в исчезновении твоей распрекрасной Кристины. Отношения у Кристины с мачехой были отвратительные, это видели все. Они никак не могли поделить между собой Руса. А может… может быть, Ванечка, ты и избавился от Кристины, а сейчас разыгрываешь убитого горем отца?

– Зачем мне избавляться от Кристины? – машинально спросил потрясенный Ванька, внезапно превратившись из обвинителя в виновного.

– Как зачем? Твоя дочь теперь единственная наследница Руслана Белгородского.

– Тысячу раз тебе говорил: Офелия не моя дочь! Просто я люблю малышку, как родную. С Кристиной мы познакомились буквально перед самыми ее родами! Неужели ты не помнишь нашу с Кристой ссору, когда мы только приехали в имение?

– Я думала, вы так тупо шутите, – пролепетала поэтесса.

– Мне не до шуток! – сквозь зубы процедил Ванька.