Купеческая дочь замуж не желает

Батюшка долго в комнате не задержался, вскоре он спустился ко мне в гостиную, оттуда мы прошли в столовую. Ел Нессир с завидным аппетитом, что даже я, недавно завтракавшая, не удержалась, поела салата. Точно, оголодали мужики в своем путешествии.

Наконец, батюшка насытился и даже стал замечать, что именно он ест. И можно поговорить.

— Маринелла, я что — то не пойму, это хлеб такой странный? — Он вертел в руке кусок нашего формового хлеба.

— Да, отец, это обычный хлеб, просто мы испекли его в таких вот формах, таким хлебом удобнее пользоваться, можно намазывать сверху, что хочешь. Кстати, вам понравилось то, что я отправила вам с кучером? Икра, сыр плавленый? Вот их хорошо сверху на такой хлеб мазать. Удобно."

"— Понравилось — не то слово! Я не ел такого никогда! Даже не поверил вначале, что это здесь, в поместье, делается, да Лидаш, кучер, подтвердил, что видел, как лэрина сама на кухне возится. Сильно ты изменилась, дочка. Вроде и повзрослела и наоборот, ещё больше девчонкой стала. Раньше — то ты, после своей Академии, такой холодной была, только чуть что — истерики устраивала. А сейчас смотрю — совсем другая стала, веселая, добрая, хозяйственная. Вся в маму свою!

Папенька опять расчувствовался. Надо срочно тему переводить.

— Отец, желаете объехать поместье сейчас или после обеда, отдохнув?

— Наверное, после обеда. Ты, наверное, хочешь о доме спросить, о знакомых? Или о деле поговорить?

— А давайте обо всем сразу! Перейдем в гостиную и посидим там.

Я специально позвала его в гостиную, а не в кабинет, во — первых, мне не хотелось бы выяснять, кто тут главный и кто должен сидеть в хозяйском кресле за столом, во — вторых, у меня была задумка с вином. В кабинет подавать его вроде ни к чему, а вот в гостиную — вполне прилично.

Мы перешли в гостиную, папенька с удовольствием сел в кресло и вытянул ноги. Я приступила к расспросам издалека.

— Как там дома? Все здоровы? Как себя чувствует лэрина Зелина? С ее сестрой Гариной мы немного повздорили, но это ее поведение выходило за все рамки дозволенного, и мне пришлось принять меры. Но это не мои придирки, этому есть свидетели, можете сами их лично расспросить, чтобы не думали, что это моя блажь.

— Не переживай, Маринелла, я все узнал из записки Милаша, да и Лидаш много чего рассказал. Только по просьбе Зелины не стал обращаться к судье. Но от дома отказал. Дома все благополучно, все здоровы. Только скучаю сильно по тебе. Вот вначале сердился, думал, видеть не хочу, а письмо получил и сразу помчался сюда, посмотреть, как ты тут.

— Я тоже соскучилась, папа! Ещё долго письма не было, совсем забыла, что вы можете быть в отъезде, переживала, здоровы ли? Уже решила, если не будет известий до конца этой седмицы, то сама поеду в столицу.