Купец

А при наличии достаточного количества взрывчатки – ещё и не слишком трудное. Ну, чего-чего – а подобного добра теперь было в избытке…

Начало торговли обозначалось поднятием флага на одном из гаражей. И в это же время дистанционно отключались мины на обвехованной тропке – добро пожаловать!

По первости случались, разумеется, некоторые накладки. Типа перестрелки в очереди или грабежей удачливых продавцов. С перестрелками очередников разобрались просто – на фасаде дома появились ещё две «монки». А на стене по-спартански коротко и доходчиво написали: «Тут не любят шума!»

При необходимости недоразумение улаживалось нажатием кнопки.

Одной.

Вторую мину подрывать не пришлось – до народа дошло как-то очень быстро… до тех, кто это зрелище наблюдал издали. Сами драчуны впечатлениями не поделились. Попросту не смогли…

Ну, а грабежи уходящих-приходящих… правило «пятидесяти метров» никто не отменял!

А персонажи попадались… разные. Обыкновенные «Бродяги», стремящиеся удачно толкнуть свои находки, какие-то мутные типы, откровенно высматривающие слабое место у нового торгаша, или вовсе отмороженные на всю башку бандюки.

Именно к таким отморозкам относилась давно знакомая банда Гришки-радиста. Они появились на точке одними из первых и сразу же повели себя по-хамски. Ввалившись в торговую комнату, они, нимало не стесняясь, выпроводили оттуда пинком какого-то «Бродягу», и один из них сунул свою морду в окошко.

– Ты, что ль, тут промышляешь? – дыхнув какой-то кислятиной, спросил он у Петра.

– Ну.

– Что ну?

– Я тут работаю.

– А за территорию кто платить будет? Тут всё вокруг – наше!

– Да ну? – искренне удивился «Беглец». – Раз так – вон к тем синим воротам подходи! Там и побазарим.

Синие ворота – это уже на территории кооператива, за минным полем.

– А что тут говорить не хочешь? Западло?

– Точно так. Раз твоя земля – то ты везде по ней ходить можешь. А не можешь – так и не твоя она уже…

– А в совло схлопотать?!

Пётр скосил глаза налево. Проследив за ним, бандит судорожно сглотнул – рука торговца лежала на какой-то тёмной хреновине. И от хреновины уходил под стол провод.

– Про «мёртвую руку» слыхал?

– Чего?

– Пока я жив и держу руку на кнопке – ничего не произойдёт. А вот если я на пол упаду, например… – и левая рука Петра чуть шевельнулась. – Ты на стену-то внимательно посмотрел?

Собеседник убрал голову и, надо думать, осмотрелся. Во всяком случае, когда он вновь заглянул в окно, уверенности в его словах существенно поубавилось.

– Ну и хрен ли нам с того? Народ-то к тебе по нашей улице ходит!

– С них и спрос. Ваш кодлан мне тут не страшен – хоть тресни. Я отсель год могу не вылезать – запасов хватит.