Купец из будущего (части 1-2)

Вместо покорных римских крестьян ему приходилось торговать вендами и германцами, а он ужасно этого не любил, с тоской вспоминая благословенные времена усобиц. Впрочем, сервы[9]из римлян на продажу тоже попадались, но заработок с этого был ничтожный, несравнимый с тем, что мог быть после войн прошлых лет. Тогда целые области пустели, а Приск с покойным отцом скупали у воинов крепких работников в треть цены и гнали на юг, в Прованс, где каждые десять лет вспыхивала эпидемия бубонной чумы, уносившая в могилу тысячи жизней. Рабочие руки там были нужны всегда. А потому почтенный купец считал свое ремесло наиважнейшим на свете и наиполезнейшим для своей страны. Ведь если бы не он, кто бы обрабатывал поля прекрасной Галлии? А теперь на него свалилась еще одна напасть. Неспешную поступь наступающего нового мира он чувствовал на своем кошельке. С каждым годом все больше крестьян разорялись и попадали в зависимость от знати, которой уже не требовались после этого рабы. Потому и приходилось купцу Приску ввязываться в сомнительные авантюры, подобные сегодняшней. Купить партию вендов, пригнать их в Марсель, и там продать имперским купцам, заработав вдвое от вложенных денег. Правда, из этой суммы придется вычесть расходы на охрану, поборы по дороге, еду для живого товара и стоимость умерших в пути. Остается совсем мало, святой Мартин тому свидетель. Да и иудейские купцы, которых было особенно много в портовых городах, давят не на шутку, ведь у них родня по всему Средиземноморью. Почтенный Приск не знал, что как только арабы перекроют морские пути, эти его конкуренты монополизируют работорговлю полностью, от устья Волги до Испании, и его семья лишится привычного источника дохода. Но и сейчас дела у Приска шли не лучшим образом, и приходилось рисковать, чтобы заработать на достойное приданое четырем дочерям."

"Караван суетливо собирался в путь, и Само запряг в повозку мулов, флегматично жевавших сочную майскую траву. Мулы были упрямы до крайности, но беспредельно выносливы и неприхотливы. Они безропотно шагали день за днем, таща двух человек и их поклажу. Впрочем, иногда хозяин и сам садился на козлы, и правил повозкой, и тогда Самослав шел рядом, ведь безделье пагубно для раба. Путь от Санса до восточной границы баварских земель занимал месяц, и это если дождями не размоет дороги, если не нападут полудикие алеманы или не начнет шалить какой-нибудь местный граф, пользуясь тем, что в этой глуши никто никого искать не станет. Герцоги Баварии были почти независимы, и происходили из рода Агилольфингов, наследуя власть, словно короли. А потому в их землях тоже нужно было держать ухо востро, и опасаться засады. Впрочем, Приск, при всей своей жадности, еще не потерял разума.