Купе смертников

Такими метками пользуются обычно в пансионах, эту буковку можно было увидеть повсюду: на комбинациях, трусиках, бюстгальтерах, даже на носовых платках. Целых два ящика, доверху набитых бельем. Белье было таким тонким и приятным на ощупь, что Грацци стало не по себе. И на всех вещах с изнанки пришита маленькая красная буковка."

"В семь часов вечера в присутствии шефа и своих коллег Грацци недостаточно ясно выразил свою мысль. Или, вернее, пытаясь хоть что-нибудь выудить из своего красного блокнота, он высказал предположение, которое ему самому даже не принадлежало. Там, на улице Дюперре, роясь в шкафах и ящиках, Габер, молодой блондин, работавший вместе с ним, сказал, видимо потому, что девица была очень хороша собой и на него как-то подействовали все эти буковки и нижние юбки: «Уж она-то наверняка не скучала».

В жизни убитой было трое мужчин, вернее, четверо, если считать мужа, с которым она не виделась уже несколько месяцев. Продавец автомобилей Арро, явившийся на набережную Орфевр к шести часам вечера, растерянный, с подобострастным видом. Боб, который где-то там учился, с ним ему предстояло встретиться утром. И молодой паренек, студент, живший на шестом этаже на улице Дюперре, в котором консьержка, вероятно, души не чаяла.

Однако лишь про первого из них можно было с уверенностью сказать, что он был ее любовником. Высокий, рыхлый, бесхарактерный на вид мужчина, занимавшийся ремонтом и перепродажей американских автомобилей, владелец гаража у Порт Майо, на него не оказалось ничего компрометирующего в картотеке правонарушений, хотя по его виду можно было, скорее, предположить обратное. Он все время норовил уйти от прямого ответа и сказал, понизив голос, то ли потому, что речь шла о покойнице, то ли потому, что теперь он женат и это уже старая история, что «да, они действительно какое-то время были вместе».

Грацци продержал его двадцать минут. Рожа кирпича просит. И ничего в картотеке. Железное алиби на первые четыре дня октября и на субботу, когда было совершено убийство. Только что купил жене маленький «фиат» (новый, а не подержанный, Грацци уж и не помнил, откуда ему это известно). Бумаги в полном порядке. Хорошо сшитый костюм. До блеска начищенные ботинки. Бывший коммерческий директор парфюмерной фабрики. Там, на фабрике, он и познакомился с Жоржеттой Тома, в то время Жоржеттой Ланж, демонстрировавшей продукцию фирмы. Связь длилась полгода до ее развода и два с половиной года после, «какое-то время были вместе». Ничего сейчас о ней не знает. Не знает, были ли у нее враги, какие были друзья. Не понимает, как такое могло случиться. Вообще ничего во всем этом не понимает. Ему ее искренне жаль. Рожа кирпича просит.