Кумтрест

Можешь электронный дневник переписать?

— Какой именно, что за человек? Если не слишком известная личность, то можно. У этих шоуменов свои хакеры есть, могут выследить нас, а нам это не надо.

— Костя выйди из своего виртуального мира и вернись в наш реальный. Мне нужно переделать электронный дневник нашего зэка. Он не настолько знаменит, чтобы опасаться.

— А-а, зэка. Алексей Адамович, я банковские счета вскрываю без проблем, а электронный дневник переписать проще простого. Мне только нужно конкретно знать, что надо сделать.

— Нужно удалить всё плохое и отрицательное. Убрать все наказания и сделать с нуля идеального осужденного. Нужен активист, преданный администрации и вставший с самого начала срока на путь исправления. Надо внести всевозможные поощрения и благодарности. Указать активное участие в жизни колонии и трудоустройство на самых красных должностях. Короче, судья должен прослезиться и вынести положительное решение по переводу этого осужденного на участок колонии-поселения. При этом судья должен сделать замечание администрации колонии. Как она раньше не могла разглядеть в этом человеке эталон среди осужденных, достойных самого высокого доверия.

— Понятно, сделаем, когда надо?

— Вчера. Фамилия Гейзман, ты знаешь его, смотрящий за игрой.

— Алексей Адамович, а дело кто будет переписывать? Я только печатать умею."

"— Не твоя забота, ты сначала образец электронного дневника сделай. Я всё проверю, может коррективы внесу. Потом будем уже личное дело стряпать. Слушай, Костя, а как ты его будешь переделывать, там же удалить ничего нельзя?

— Алексей Адамович я новый заведу, а потом их местами поменяю и всё. Исходники останутся те же, так проще, всё будет, как и прежде. Главное, чтобы с личным делом всё совпадало, так на всякий случай. Да не переживайте, я всё сделаю на высшем уровне. Ваши управские айтишники даже не поймут, если Вы про это думаете.

— Я Костя думаю, чтобы у тебя всё было хорошо, не в виртуальном, а этом мире. Намёк понял?

— Понял, я могила.

Через неделю электронный дневник осужденного Гейзмана был готов. Бобышкин всё внимательно прочитал. Он сделал вывод, что с такими исключительными данными Гейзману можно прямо сейчас баллотироваться в высшие органы государственной власти. Жаль только, что у него судимость есть, не пропустят. Хотя? Ну да ладно.

С личным делом было проще и его заново перешили. Михайлов выполнял всю печатную работу, а нарядчик Руслан всю письменную. Включая подписи сотрудников администрации и начальника колонии, которые он уже давно привык подделывать по своей работе. Через неделю личное дело и электронный дневник осужденного Гейзмана были готовы.