Кумтрест

Через два дня ему привезли сорок пять тысяч. Он прикинул за сколько её продали — это меньше чем её средняя стоимость. Но с учётом прошлого машины — это нормально. Тем более, пересчитывая пятаки за такую мизерную работу, он остался доволен.

Бизнес вошёл в своё русло и иногда пригоняли по две машины. Автомобили были разные, как и говорил Козловский, от старых отечественных до элитных иномарок. В месяц он загонял пять, шесть машин. Бобышкин однажды подумал себе приобрести такую. Доход в месяц от ремонта угнанных машин был приличный. Но потом решил этого не делать, мало ли что? Он и так отлично имел, от двухсот до четырёхсот. Если бы захотел, то мог позволить себе честную машину. Но зачем? Его личная специально оборудованная старушка приносила тоже хорошие деньги. Иметь две — это уже лишнее. Надо жить скромнее, сам себе говорил Бобышкин и продолжал ездить на своей машине с конвертами «Белый аист» по новым адресам Горлова.

Глава 6

ИК-3. Голодовка

После обеда в кабинете у Васильева зазвонил телефон. Звонил оперативный дежурный и сказал, что находящийся в ШИЗО осужденный Лозоплётов объявил голодовку. Он отказался от обеда и требует прокурора. Осужденный Лозоплётов, находясь на длительном свидании с женой, заподозрил её в измене. Устроил семейный скандал среди ночи. Он громко ругался матом, выясняя кто её любовник. После этого поставил супруге синяк под глазом, закрыл её в комнате и ушёл на кухню. Но несмотря на это, она упорно утверждает, что сама ударилась об косяк двери. Лозоплётов потребовал срочно прекратить свидание, так как не может больше жить с этой проституткой. Весёлая была ночь. Редко в колонии можно поучаствовать в супружеских разборках. Жена просила продлить свидание, но муж непреклонно стоял на своём. Лозоплётов утром потребовал представителей ЗАГСа для развода с этой чуждой ему женщиной. Причина — утрата семейного счастья.

Сам Лозоплётов сидит в зоне уже третий раз. Третий раз супруга садит его за побои, причинённые ей. При этом она ездит к нему третий срок и не забывает. Нынешним сроком это была первая попытка разлучения со своей благоверной. Васильев направился в ШИЗО и вызвал на беседу осужденного Лозоплётова.

— В чём причины голодовки, зачем тебе прокурор? — спросил Васильев.

— Меня незаконно удерживают в изоляторе, я требую прокурора.

— Будет тебе прокурор, почему голодовку объявил? Что не устраивает?

— На каком основании прекратили моё длительное свидание? Для этого нет причин.

— Лозоплётов, ты устроил ночью скандал. Поставил синяк жене, в данном случае посетителю колонии и выражался нецензурной бранью. Ещё продолжить?

— Наша семейная жизнь — это моё дело. Вы не имеете права вмешиваться в чужие отношения. Теперь у меня изолятор, а значит испорченное личное дело.