Магистр дьявольского культа

Вэнь Чжао, сидящий за столом и занятый чтением писем, ударил ладонью о столешницу и гневно прикрикнул: «Чего ты орешь как умалишенная посреди ночи!»

Ван Линь Цзяо тяжело дышала, не в силах оправиться от испуга. «Я… Я снова видела этого Вэй У Сяня, я снова видела его во сне!»

Вэнь Чжао раздраженно бросил: «Уже прошло больше трех месяцев, как я сам лично сбросил его на гору Луань Цзан. Какого черта ты видишь сны о нем? Который раз это повторяется!»

Ван Лин Цзяо залепетала: «Я… я и сама не понимаю, почему в последнее время я постоянно вижу его во сне».

Вэнь Чжао пребывал в крайне раздраженном настроении из-за писем, которые ему доставляли, поэтому сейчас он меньше всего желал отвлекаться на Ван Лин Цзяо и тем более не собирался утешать ее объятиями, как раньше. Вэнь Чжао раздраженно бросил: «Ну так не засыпай!»

Ван Лин Цзяо поднялась с кровати, подбежала к столу Вэнь Чжао и затараторила: «Молодой господин Вэнь, мне… мне в голову приходят мысли одна страшнее другой. Я все время думаю, что если… что если мы тогда совершили огромную ошибку, сбросив его на гору Луань Цзан? Что если он не умер? Что если он…»

На висках Вэнь Чжао вздулись и запульсировали синие вены. Он прервал ее: «Да что ты несешь! Сколько раз наш клан посылал отряды адептов на зачистку горы Луань Цзан? Хоть один из них возвратился обратно? А мы сбросили его в одиночку, наверняка его труп уже давно разложился и протух».

Ван Лин Цзяо не унималась: «Мертвый он еще страшнее! Что если он, как тогда и поклялся, обратится в свирепого призрака и вернется за нами…»

Ее слова вновь вернули обоих в тот день, освежив в памяти выражение лица Вэй Ина, от которого Вэнь Чжао и Ван Лин Цзяо прошиб озноб.

Вэнь Чжао немедленно возразил: «У мертвого и вовсе нет шансов! Души тех, кто погиб на горе Луань Цзан, навеки остаются заключенными там. Прекращай запугивать себя. Ты разве не видишь, что я не в настроении!»

Смяв находящееся в руке письмо, Вэнь Чжао выбросил его подальше и с ненавистью проговорил: «Что еще за Аннигиляция Солнца? Ерунда какая-то! Они собираются уничтожить солнце? Размечтались!»

Ван Лин Цзяо поднялась, осторожно налила Вэнь Чжао чаю, про себя подобрала слова, которыми можно было ему угодить, и заискивающим тоном проворковала: «Молодой господин Вэнь, ну сколько их там, этих кланов, пусть себе перебесятся, Глава Ордена Ци Шань Вэнь наверняка очень скоро…»

Вэнь Чжао разразился бранью: «Закрой свой рот! Ты ни черта не смыслишь! Проваливай вон, не досаждай мне!»

Ван Лин Цзяо, сдержав обиду и гнев в сердце, поставила чашку чая, поправила прическу и тонкое платье, в котором спала, скривилась в улыбке и вышла прочь.

Едва она скрылась за дверью, улыбка моментально сползла с ее лица. Ван Лин Цзяо развернула бумажный комок в руке.