Куликовская битва

Мамаю стало понятно, что с наскока с наспех набранным войском Русь уже не одолеть. К войне с Русью нужно готовиться тщательно и основательно.

Отправляя в набег эмира Бетсабулу, Мамай преследовал двоякую цель. Во-первых, разведать броды на Оке к западу от Коломны, прощупать, каковы там русские дозоры. Во-вторых, подразнить горячего серпуховского князя с намерением вынудить его на ответный набег на мордовский улус Арабшаха. От Оки до реки Суры, на одном из притоков которой стоит укрепленный град Наровчат, ставка Арабшаха, было рукой подать. Разбитый Мамаем Арабшах уже не представляет серьезной угрозы, но от него вполне возможно ожидать подлого удара в спину. Потому-то Мамаю хотелось уничтожить Арабшаха мечами русичей.

Бетсабула в точности исполнил повеление Мамая. Взяв полон за Окой, он без промедления повернул обратно в степь. На переправе хвост его конного отряда изрядно потрепали дружинники серпуховского князя, свалившиеся как снег на голову. В верховьях Дона Бетсабула напоролся на сторожевой отряд елецкого князя. И опять русичи посекли татар. Бетсабула так и не смог собрать своих рассеявшихся людей и добирался до Сарая всего с четырьмя сотнями воинов.

Вылазка Бетсабулы лишний раз убедила Мамая, что окрепшие русские княжества способны огрызаться. Малыми наскоками Русь не привести к покорности, а на большой поход войск у Мамая пока не хватает. Не все походные эмиры признают его верховенство. В Булгаре сидит эмир Хасан, который сам себе господин. В низовьях Волги, в Ас-Тархане, укрепился эмир Хаджи-Черкес. В Мордовии затаился до поры до времени дерзкий Арабшах. К тому же исходит угроза от Синей Орды, где имеются царевичи-огланы, претендующие на ханский трон в Золотой Орде.

В Сыгнаке, столице Синей Орды, неожиданно скончался Урус-хан, который в недалеком прошлом уже приходил с войском на берега Волги. Ему удалось разбить Мамая, только-только изгнавшего из Сарая Арабшаха. Урус-хан не смог закрепиться в Сарае, поскольку в Синей Орде начались смуты, и он был вынужден спешно вернуться в Сыгнак, где и нашел свою смерть.

Для Мамая это было большой удачей. Урус-хан обладал немалым полководческим даром, это был очень опасный противник.

Кое-кто из золотоордынских эмиров поддерживал Мамая лишь на словах и явно не рвался сражаться за его интересы. Мамаю приходилось лавировать, привлекая на свою сторону колеблющихся и ублажая подарками и обещаниями тех, кто уже примкнул к нему, но пока не спешил выполнять его приказы.

Эмиру Бетсабуле Мамай доверял больше, чем прочим эмирам из своего окружения. Это доверие зиждилось на том, что Бетсабула всю свою жизнь кого-нибудь предавал, стремясь из низов подняться до верхушки ордынской знати.