Куликовская битва

 – Как хорошо, что народ этот – русы! Теперь с помощью Настжай и ее брата я смогу вернуться в Персию!»"

"Глава пятнадцатая

Живые и павшие

Среди раненых ратников Янина отыскала и своего брата Свиряту, которому вражеское копье сломало два ребра, а татарская сабля рассекла ему ухо. Свирята после всех ужасов тяжелейшего побоища был немного не в себе. Он молчал, не желая ни есть, ни пить. Янина оставила Свиряту в покое, радуясь в душе, что Господь сберег его среди стольких опасностей, грозивших ему в течение дня.

Когда лекари отпустили Янину для короткого отдыха, она пришла в палатку, где отлеживался раненый Ропша. Перед этим Янина искупалась в реке, смыв с себя пот и кровь. Разговаривая с Ропшей, Янина вытирала рушником свои намокшие длинные волосы.

– Представляешь, перевязывала раненую голову одному гридню и спросила, как его зовут, – с улыбкой молвила Янина. – Имя у него оказалось чудное, как и у тебя. Этот гридень даже лицом на тебя чем-то похож.

– Как же его зовут? – насторожился Ропша, приподнявшись на локте.

– А зовут его Нелюб, – ответила Янина, встряхнув распущенными волосами. – Нелюб Обрятович. В дружине серпуховского князя он состоит. Ты что на меня так уставился? – Янина взглянула на Ропшу. – Иль тебе знаком этот гридень?

– Не просто знаком, это брат мой! – волнуясь, ответил Ропша. – Давно мы с ним в разлуке. Где он? Где вы расстались с ним, Янка?

– Лежи спокойно, не вздумай вставать! – строго промолвила Янина, опустившись на колени рядом с Ропшей. – Я сама приведу Нелюба к тебе. Сегодня же вечером и приведу. Чудно все это! Обычно беда людей разлучает, а вас, наоборот, свела.

Владимир Андреевич, как ни увлекал его вместе со всеми пыл преследования разбитого врага, заставил себя остановить коня на вершине Красного холма. Иная забота терзала его, вызывая тревогу и омрачая радость от одержанной победы. Среди уцелевших в сече князей и воевод не было Великого князя.

Бросив клич среди воинов, чтобы все искали на побоище Дмитрия Ивановича, Владимир Андреевич вернулся на поле Куликово, все неровности которого, усеянные телами павших, уже слегка скрадывались в своих очертаниях наступающими сумерками.

«Нужно найти брата моего еще до ночи, – говорил Владимир Андреевич ратникам и воеводам. – Ежели он тяжко ранен и истекает кровью, то непростительно будет не отыскать его сейчас и утром обнаружить бездыханным».

Поиски начались с того места, где в начале битвы стоял сторожевой полк, первым принявший на себя удар ордынской рати. Воинов из этого полка уцелело очень мало, а возглавлявшие его князья и воеводы полегли все как один.