Кукушонок

Думаю, теперь не составит большого труда его найти.

– Я займусь этим прямо сейчас.

Йоста встал и пододвинул стул к столу с телефоном. Но Патрик предостерегающе поднял руку:

– Нет, подожди. Не стоит сейчас с ним связываться. Эрика в Стокгольме. Если узнаешь телефон и адрес, думаю, можно будет попросить ее переговорить с детективом.

Йоста задумался на мгновение, а потом кивнул.

– Так мы и сделаем. Я подготовлю информацию.

– А я побеспокою Фариде, – сказал Патрик. – Паула, ты продолжаешь копаться в грязном белье «Бланш». Мартин, попробуй навести справки о пропавшей фотографии. Поговори с галеристами, с теми, кто в этом разбирается. Может, в интернете есть сайты, где продается такого рода искусство… Или в окружении Рольфа кто-то знает эту работу и может сказать, что на ней было. Что, если у Рольфа был помощник?

Они встали из-за стола. Проходя мимо графина с кофе, Патрик остановился. В конце концов, это всего лишь кофе. И им опять предстоит долгий вечер.

– Шесть лет! Подумать только, какая большая ты станешь в субботу!

Элизабет небольно ущипнула Пютте за щеку. Лицо девочки залилось краской.

– Да, еще целых три дня. Я закачу пир с Сигге!

Элизабет удивленно оглянулась на девочку:

Лола выпустила идеальное колечко дыма и моргнула.

– Никакой он не парень! – Пютте раздраженно топнула ногой.

– Не дразни Пютте. У нее никогда не будет парня. Так решил дядя Рольф.

– У меня никогда не будет парня, – сердито подтвердила Пютте и пошла в спальню.

– Боже мой, ей уже шесть лет! – воскликнула Сюзанна, обнимая Уле за шею. – Совсем взрослая дама.

– Скоро в школу пойдет, – Лола не могла скрыть гордости. – Она так ждет этого! Будет читать, считать…

– И обзаведется новыми друзьями, – подхватила Эстер, проводившая Пютте долгим взглядом.

Лола не знала, как ей сформулировать свои чувства по поводу того, что Пютте идет в школу. Тем, кто живет более-менее нормальной жизнью, этого не понять.

Рольф взглянул на Лолу из-под светлой челки:

– Думаешь, как они отнесутся к тому, что у Пютте такой отец?

Лола почувствовала, как любовь захлестнула ее волной. Рольф понимал ее, как никто другой. Он досконально изучил ее при помощи своей камеры. Но не это определяло их отношения. Рольф видел ее насквозь. В любой ситуации.

– Да, я до смерти боюсь этого, – призналась Лола.

Рука упала на потертую столешницу. Сигарета догорела, и Лола бросила окурок в пепельницу в виде белого медведя – одна из немногих вещей, которые она взяла из родительского дома.

– С Пютте все будет в порядке, – заверила Эстер. – Она с характером. И ее все любят.

Хеннинг и Элизабет молча переглянулись. Лола это заметила.

– Вы не согласны? – спросила она.

Элизабет как будто задумалась. Потом ответила:

– Детям нелегко даются такие перемены. И ты одна.