Измена. Кукольная лавка попаданки (СИ)

Ты не любишь Сильвию, я знаю это. Поэтому и изменял, задирая юбки направо и налево. И дурил бедной девочке голову. Скажи, ты хотел жениться на ней и потребовать, чтобы она создала тебе армию живых магических кукол, которые заменили бы обычных воинов из плоти и крови? Или ты убил бы ее, свою жену, забрав ее силу себе по праву заключенного между вами брака? Я слышал… о таком ритуале.

Раймон вдруг потянулся за бутылкой и резко шарахнул ее о край стола. Алая жидкость растеклась лужей на полу. А Раймон оказался вооружен… так смешно, разбитой бутылкой? Но Альберт испугался. Чего? Того, что острый край зазубренного стекла пройдется уже по нему, если ответы не понравятся?

Альберт, в целом, как-то притих. Он смотрел на Раймона безотрывно, пока тот сжимал его ладонь. Не отводил взгляда, пока тот рассказывал старую историю королевской семьи. Да, Альберт слышал нечто подобное. О том, что его дед пришел к власти из-за отречения старшего брата, который выбрал любовь и доживал жизнь, хоть и родовитым лордом, но не королем, как было суждено. Но при дворе об этом даже не шептались. Нынешний король слишком строго пресекал такие слухи.

«Я знать не знал, что именно Раймон – потомок того идиота, женившегося по любви, – растерянно думал Альберт. – Но наши перстни… и правда похожие. И в глазах Раймона ни капли лжи».

Альберт вздрогнул от звона стекла, будто только-только проснувшись. Его глаза широко распахнулись, глядя на зазубренный край разбитой бутылки. Проведя кончиком языка по пересохшим, разомкнувшимся губам, Альберт вжался в стол сильнее.

– Я… тоже о нем слышал. Но не знал деталей! И если бы не нашел его, то Сильвия просто была бы послушной женой! В них же в монастыре должны были вбить покорность мужьям! Она стала бы моей марионеткой, но… – голос вдруг поменялся, из испуганного, почти надрывного, превратившись в коварный и бархатный, когда Альберт сам мягко подался навстречу. – Скажи честно, Раймон, такая ли это плохая участь для сиротки, оборванки без гроша за душой? Купаться в роскоши, носить атлас и бархат, спать на шелковых простынях и командовать прислугой. А взамен помогать своему мужу. И закрывать глаза на некоторые его, хм, слабости. Я предлагаю Сильвии не такую уж плохую судьбу!"

"Терпение Раймона было небезгранично. Скорее, оно напоминало мелкую и вонючую лужу рядом с Альбертом. Так что быстро лопнуло. И Раймон сорвался. Снова толкнул Альберта на стол спиной, крепко прижимая ладонь к груди, не давая дергаться и шевелиться. И играясь, провел острием края бутылки рядом со своей ладонью. По шее побоялся, чтобы не навредить. Раймон хотел просто напугать.

– Сильвия потеряна для тебя, братец. Потеряна навсегда.