Куколка в подарок

– Я ухожу, вы не имеете права…

– Значит, есть что скрывать? О чём я и говорила, Данис.

Они знают друг друга, значит, он частый посетитель? Или работник? Смотрю в сторону двери, прикидываю, как быстро смогу добежать. Я не… Не понимаю, что мне делать.

Тина говорила молчать, иначе проблем будет больше. Но ведь…

– Что за шум? – я готова молиться на Давида, но только сажусь обратно на кушетку. Во мне осталось сил, только усталость и страх. Что здесь со мной сделают, если я не смогу уехать? – Лида, что случилось?

– Да вот, осматриваем. Притворяется, что ногу подвернула и…

– Осмотрела уже?

– Нет, но…

– Ты, блядь, врач или экстрасенс? Диагнозы наугад ставишь? На кой хер тогда я тебе деньги плачу?

Давид не повышает тона, но меня пробирает. А на врача даже жалко смотреть. Побледнела, трясётся и отводит взгляд. Уже не отпускает колкие фразочки, которые были предназначены мне.

– Вон! – он указывает на дверь, и Лиду словно ветром сметает. – Данис… Ты тоже ногу подвернул?

– Нет, принёс принцессу, чтобы не напрягалась. Она упала на улице, не хотелось, чтобы пострадала ещё больше.

– Согласен, - Давид медленно кивает, сканирует меня взглядом. – Потом поговорим, Данис. Разберусь с потерпевшей.

Застываю на своем месте, сцепив пальцы «замком». От волнения перехватывает дыхание, покалывает в груди. Разве Давид не главные, не его клуб?

Разве нужно именно ему заниматься таким?

Или он просто решил меня ещё раз пощупать и…

– Собираешься всё больше ухажеров? – Давид ухмыляется, но по спине бежит холод от его взгляда. – Как тебя угораздило упасть?

– Я… Я не… Я упала в кабинете тогда. Не упала, но нога болела, да? И вот просто снова разболелась. Я уже в порядке и…

Кусаю губу до боли, пока не успокоюсь. Тина была права – нельзя говорить. Тогда за мной точно будут следить, контролировать. Нужно притвориться, что ничего не произошло. И я все ещё участвую и ничего не знаю.

А потом…

Найти Диму, он что-то придумывает. Он всегда так делает, находит выходит из ситуации. Как перевести меня в столицу, как заработать деньги, всё-всё решает.

Давид двигает ко мне офисное кресло, останавливаясь слишком близко. Не сводит взгляда, а ладони снова поглаживают пострадавшую лодыжку. Мягко, нежно…

От каждого движения искры разлетаются по телу.

– Давид… - слова глохнут в горле, когда мужчина укладывает мои ноги к себе на колени, сняв перед этим туфли. Едва не упираюсь ему в пах и это кажется слишком… – Я пойду, мне пора, там конкурс и…

– Сидеть, - рявкает, а меня подбрасывает. – Если я говорю, что ты остаешься, то ты остаешься. Всё ясно?

Киваю, ничего не могу сказать. Потому что Давид придвигается всё ближа, а его пальцы пробираются под подол платья. Вызывают мурашки, тахикардию, приступ паники, когда всё расплывается перед глазами.