Куколка (ЛП)

Убирайся отсюда! У тебя не так много времени!

Он поднялся на ноги, когда шум в его голове затих, и с нарастающим ужасом услышал, как существо на скамье пытается поспешно собраться. Он больше ничего не видел. Темнота была густой и непроницаемой, и от этого всё становилось только хуже.

Он должен был найти дверь, выход.

Крип слепо двинулся обратно, натыкаясь и спотыкаясь о предметы. Но он не замедлил шага. Он вырвется из этой сумасшедшей фабрики. Зацепившись за верстак, он вытянул руки, чтобы не упасть лицом на его поверхность и то, что на ней лежало. Он погрузился по локоть во что-то, что, несомненно, было мертвецом, возможно, не одним. Плоть была мягкой от разложения, черви поползли по его рукам, когда он выдернул их из трупа. И вонь... Боже милостивый, невыносимое зловоние.

Крип отшатнулся, пытаясь подавить хихиканье, и врезался в стену. Он ощупал её, пока не нашел арку, ведущую в коридор. Воздух в нём был прохладнее, как будто он вёл в гробницу.

Позади себя он услышал, как что-то сошло с одного из столов, и голос, похожий на скрежет ножа по ржавой бочке: “Это ты, куколка?”

42

Чазз плохо различал сон и реальность. Он лишь знал, что нашёл безопасное, тёмное место, которое он никогда не покинет. Он помнил, как Одноногая Леди тащила его какое-то ужасное место, а потом он каким-то образом освободился и спрятала в этом укромном уголке, где, как он знал, он был в полной безопасности. Пока он не шевелится и не издаёт ни звука, он будет в безопасности. Как в детстве, когда он вёл себя плохо, мачеха запирала его в чулане, потому что думала, что он испугается, но всё было как раз наоборот. Там он чувствовал себя полностью защищённым.

Его нынешнее убежище было таким же.

Это был туннель. Очень тёмный, очень безопасный. Здесь было тепло и уютно, и никто не мог достать его. Это было место, которое он часто посещал в своих снах, идеальное убежище.

Одноногая Леди была рядом.

Он это чувствовал. Она ищет его, но никогда не найдёт. Она все бубнила и бубнила, и если он сосредоточится на своих мыслях, то сможет заглушить её ужасный голос.

Не слушай её! Не позволяй этому голосу звучать в твоей голове, иначе она найдёт тебя и накажет, а ты этого не хочешь!

Нет, он этого не хотел. Когда мачеха наказывала его, он всегда знал, что в конце концов всё закончится. Ей наскучит издеваться над ним, и она найдёт себе новое развлечение. Но Одноногая Леди была не такой. Она, как и любая неживая вещь, была создана для ожидания. Как кирпичи в стене или трещины на тротуаре. Десять минут или десять лет ничего для них не значили.

- Давай, мальчик, прячься в гнилой дырке своей мамаши, заберись поглубже в её грязный чехол для членов! – доносился её голос.