Куколка (ЛП)

И как только она это поняла, она посмотрела на другую сторону улицы и снова увидела это: ВСЯКАЯ ВСЯЧИНА. Рядом КАФЕ-МОРОЖЕНОЕ, а рядом с ним – МАГАЗИН ЦВЕТОВ.

Я не могла сделать грёбаный круг. Я просто не могла.

Либо весь этот чёртов город был одним большим замкнутым кругом, либо, опять же, её вёл, подталкивал в нужное направление тот, кто управлял этим местом. Он хотел сломить её страхом. Это было очень важно для него. Она должна быть сломлена. Он хотел загнать её до смерти, как собаку.

Щёлк-щёлк, щёлк-щёлк, щёлк-щёлк, щёлк-щёлк…

Звук был похож на тот, когда её преследовала толпа злобных детей-манекенов. Всё ближе и ближе. Как и прежде, Рамона знала, что есть только один способ разрушить чары. Она не могла убежать от него, она должна была бежать к нему. Это был единственный выход, независимо от того, насколько невыносимо пугающей была эта идея.

ЩЁЛК-ЩЁЛК, ЩЁЛК-ЩЁЛК, ЩЁЛК-ЩЁЛК, ЩЁЛК-ЩЁЛК…

Господи, оно было почти над ней.

Она видела, как из-за угла показалась его тень - невероятно огромное существо с тысячью ног, дрожащими руками и кивающими головами.

Медленно втянув в себя воздух, она пошла навстречу ему, прежде чем успела осознать всю глупость того, что собиралась сделать. Я не хочу, чтобы меня загнали до смерти. Она видела, как оно приближается, может быть, в сорока футах от неё, его тень уже касалась её и почувствовала холод, ужасный холод, как воздух из морозильника. Она побежала прямо на него, и оно выкрикивало её имя и ждало её, широко раскинув свои многочисленные руки, как будто хотело обнять, раздавить в своих объятиях.

Нет!

В десяти футах от него она развернулась. Она просто не могла этого сделать. Она не могла позволить этому ужасному существу овладеть ею. Оно схватит её, обхватит руками и прижмёт к себе, пока внутренности не выплеснутся изо рта, как красное желе.

Рамона проскочила между двумя зданиями, а затем оказалась на какой-то огромной огороженной территории. Тупик. Она увидела кучи мусора, старые бочки, неровные штабеля гниющих досок и брошенные машины. У них отсутствовали ветровые стекла и двери, капоты были подняты и заржавлены, моторные отсеки пусты, если не считать проросших сорняков. Ступив на обширные просторы свалки, она увидела сверкающие на свету разбитые бутылки, груды лысых шин и погнутые рамы старых велосипедов. Она обошла треснувшую ванну и перевёрнутый унитаз. Среди отбросов сновали какие-то твари, и она поняла, что это крысы.

С каждым шагом поднималось маленькое облачко чёрной пыли.

Пахло жаром, как от золы. Она моргнула, и всё на свалке начало тлеть. Всё произошло очень быстро. Не гореть, а тлеть, как будто настоящий костёр потух несколько часов назад, и от него осталась лишь удушливая вонь, горячий пепел и затяжной жар. Она чувствовала это даже сквозь подошвы своих туфель.