Долина кукол

Если бы она вернулась в Кливленд, то там столкнулась бы с другой разновидностью неволи – брак с каким-нибудь заурядным мужчиной, который тоже станет посягать на ее тело. С какой стороны ни посмотреть, так или иначе выходило, что без денег все равно становишься чьей-то пленницей. Но ведь должен же быть какой-то выход!

Теперь Дженифер никак не могла уснуть ночью. Она уже страдала от бурных любовных ласк Марии, отвечая на них со страстью, которой в действительности не испытывала, и притворялась спящей до тех пор, пока дыхание Марии не становилось ровным, показывая ей, что опасности больше нет. Тогда она выскальзывала из постели и садилась у окна, непрерывно куря сигарету за сигаретой, глядя на звезды, думая…

Деньги!

Ей нужны деньги. Выход – ее тело, оно будет работать на нее. Оно уже привело ее вот к этому. Она поедет в Нью-Йорк, возьмет другое имя, наврет про возраст… может быть, сумеет стать манекенщицей.

Так или иначе она заработает деньги. В ловушку она больше не попадет.

Когда сбросили атомную бомбу, все в Мадриде лихорадочно ждали последних новостей. Даже Мария сидела затаив дыхание у приемника, жадно вслушиваясь в сводки. Дженифер воспользовалась этим, чтобы тайком отправить письмо матери, научив ее написать ей в Испанию и вызвать домой под предлогом какой-нибудь сильной своей болезни.

Мать все сделала как нужно, и у Марии не осталось выбора. Они расставались, заверяя друг друга в любви до гроба. Дженифер клятвенно пообещала вернуться, как только мать выздоровеет, и испытала жгучее чувство вины, когда Мария вложила ей в руку книжку дорожных чеков."

"– Здесь почти три тысячи долларов в пересчете на американские деньги. Постарайся экономить, чтобы хватило на обратный билет сюда, но если понадобится еще – телеграфируй. Буду жить ожиданием того дня, когда ты вернешься.

Чтобы усыпить малейшие подозрения, Дженифер оставила в Испании большую часть своего гардероба как свидетельство непременного возвращения.

Она прибыла прямо в Нью-Йорк, остановилась в недорогом отеле, отправила матери пятьсот долларов, попросив ее пересылать ей всю корреспонденцию из Испании, но ни при каких обстоятельствах никому не сообщать ни о ее местонахождении, ни о новом имени.

Вначале Мария писала каждый день. Ни на одно письмо Дженифер не ответила.

По странному счастливому стечению обстоятельств в первый же свой день в Нью-Йорке она встретилась с тем самым панамским студентом-медиком. К счастью, он помнил только то, что они когда-то были знакомы и что он хотел ее тогда. Никаких вопросов относительно ее нового имени у него не возникло. На протяжении трех недель каждую ночь она ложилась с ним в постель, а потом он познакомил ее с принцем Миралло…

Было уже семь утра.

Дженифер загасила последнюю сигарету.