Аккорды кукол

Не становись, как все. Налей и мне тоже. О, черт!

Котенок вдруг выпустил коготки и до крови оцарапал ей шею. Это было странно, поскольку прежде за ним подобного хулиганства не наблюдалось.

- Ему что-то не понравилось, - произнес Драгуров, наклоняясь к девушке. - Позволь?

Он поцеловал её в шею, в то место, которое расцарапал негодник, и ощутил на губах вкус крови. Посмотрел в глаза. Потом снова, жадно и крепко поцеловал.

- Все, пусти! - сказала Снежана, вдохнув. И добавила, гораздо мягче: У меня дед умер.

- Я знаю, - криво усмехнулся Драгуров. - Все когда-нибудь умирают.

- Но не такой смертью.

- Любая смерть вызывает отвращение. Уснуть в собственной постели ничуть не лучше. Может, даже более обременительно для близких. И уж гораздо глупее. Впрочем, жизнь также глупа и отвратительна.

- Неужели? А как же любовь?

- Любовь - обман. Яд в стакане, который тебе подносит убийца. Засмеявшись, Владислав передал Снежане рюмку с ликером. - Пей, забудь и ни о чем не думай. А когда откроешь глаза, увидишь, что мир остался таким же серым, грязным и скучным. В нем нет просвета, лишь ложь, навеянная самовнушением. И ещё - постоянное предательство. И ещё - страх, который ты ощущаешь в себе с рождения, потому и кричишь. И ещё - гвозди, которые забивают в крышку, но ты этого уже не слышишь.

- Откуда у тебя такие мысли? - спросила Снежана, беря его руку в свою.

- Да вот появились, знаешь ли, с некоторых пор.

- Послушай, а почему ты назвал меня своей женой - там, в такси?"

"- Потому что... - Владислав задумался. - Потому что мы все равно поженимся. И, может быть, одни и уцелеем.

- И у меня нет выбора?

- Нет, - серьезно ответил он.

Некоторое время они сидели рядом и молчали, и Драгурову даже показалось, что девушка уснула. Но она открыла глаза и неожиданно попросила:

- Почитай мне что-нибудь.

- Что? - удивился Владислав. - Стихи какие-нибудь? Я ничего не помню.

- Да что угодно. Все равно. Вон у тебя на столе какая-то книга лежит...

- Это не книга, - сказал Драгуров. - Это дурацкий сценарий одного дурацкого дурака.

- Вот и почитай, хотя бы с середины. Мне надо успокоиться.

- Вряд ли тебя это успокоит, - с сомнением покачал головой Владислав, но встал и направился к столу.

3

""...Однажды к Хаусфишеру, когда в хранилище никого не было, кроме него самого, пришел человек, лица которого я не мог разглядеть, поскольку оно словно бы укрывалось тенью, хотя свечи горели достаточно ярко. Хозяин не был слишком удивлен внезапному появлению гостя, называя его то Демиургом, то Кроули, то Мириам, из чего я заключил, что раз последнее имя присуще женскому полу, второе мужскому, а первое сочетает в себе черты обоих полов, то человеку этому (или существу) все равно, как именно к нему относятся.

Он несомненно принадлежал к числу избранных, познавших терпкий вкус допинга.