Аккорды кукол

Главная проблема - как убить ночное время? Телевизионные программы он смотреть не мог из отвращения, любимые книги навевали печаль, и порою он просто сидел на балконе или возле открытого окна, вглядываясь в мрачные тени и вспоминая пролетевшую, как единый миг, жизнь. Иногда директор школы начинал делать в квартире уборку, переставлял мебель, словно желая оживить старые, давно уснувшие вещи. Вот и теперь, в первом часу ночи, он вдруг решил, что книжный шкаф следовало бы передвинуть поближе к кровати, тогда было бы удобнее брать нужный томик, а на освободившееся место поставить письменный стол. Подставив табурет, он принялся снимать с верхней полки книги, сдувая пыль и протирая корешки мокрой тряпкой. Странно, но в полном собрании Диккенса лишь один, седьмой, том оказался до удивления чистым. Будто его недавно брали в руки и заботливо вытерли. Раскрыв обложку, Филипп Матвеевич от удивления чуть не полетел с табурета. Все страницы в середине тома были аккуратно вырезаны, образуя таким образом подобие шкатулки. Внутри лежал целлофановый пакет.

- Что за варварство! - пробормотал директор. Развернув пакет, он обнаружил пачку долларов и ювелирные украшения. У него не было сомнений в том, кто мог оставить тут эти предметы, соорудив из книги тайник. За последние годы в квартире надолго оставался лишь один человек - Гера Диналов. Откуда у него эти ценности? Неприятный ответ напрашивался сам собой. Положив находку на стол, Филипп Матвеевич задумался. Мальчика наверняка поймают, подобные вещи не проходят даром. Кто-то из учителей в школе говорил об ограблении магазина ""Барс"". Уж не оттуда ли тянется ниточка? Теперь пропадет ни за что. Если только..."

"Из тягостных размышлений его вывел настойчивый звонок в дверь. Сначала ему не хотелось открывать, он даже не желал видеть мальчишку, но потом передумал. Еще не все потеряно.

- Ну, заходи, - произнес директор, пропуская Геру. И тот сразу понял по тону, по жестко поджатым губам: что-то произошло. Наверное, старик вынюхал что-то или приходила мать, мало ли...

- Вид у вас кислый, словно налимонились, - сказал Гера, прошмыгнув в комнату. Ему хотелось добраться до кровати и заснуть. Слишком тяжелый и нервный выпал денек. Но тут взгляд его упал на стол, где лежали целлофановый пакет и раскрытый томик-шкатулка.

- Зачем же ты изуродовал Диккенса? - спросил за спиной Филипп Матвеевич. - Мог бы спрятать свои драгоценности где-нибудь в другом месте. Хоть на антресолях, в старом лыжном ботинке.

- Да, тут вы правы, чего-то я не учел, - согласился Гера. - Вы ведь все равно на лыжах не ходите? Да и до снега далеко. Пастор Шлаг впервые встал на лыжню...

- Не смешно. Тут плакать надо.

- Просто рыдать в полный голос. Не понимаю, чего вы волнуетесь? Мне это барахло от деда досталось.