Кукла

— Я подумала, что возможно то, что мне нужно уже есть у меня и мне не обязательно возвращаться к прежней жизни. В ней не было ничего хорошего. А мы можем найти компромисс, ведь так?

Она ловко справлялась со столовыми приборами, словно всю жизнь питалась в лучших ресторанах.

Тай нахмурился. Да, она сегодня безумно красива и изысканна. Да, ему нравятся её, не понятно откуда взявшиеся, манеры. Но он был не против и той девочки в выцветшей футболке.

Теперь он понимал, что она нравилась ему больше, чем эта леди, сидящая напротив него.

«Да ты сам себе противоречишь! Что можно требовать от девчонки, если сам не знаешь, чего хочешь!» — он был зол. Зол на себя, на неё и на эти чёртовы обстоятельства, из-за которых она находится в его доме."

"— Я не иду на компромиссы, Кукла. Всё будет по-моему и только так. Всегда, — он склонился над своей тарелкой, хотя и не было аппетита.

— Но ведь я делаю то, что нравится тебе…

— Достаточно! — он стукнул кулаком по столу так, что посуда на нём задребезжала, — Мне нравится только трахать тебя! И всё! Больше ничего в тебе нет! Ты просто очередное развлечение, не больше! Не пытайся водить меня за нос, Кукла! Мной не будет управлять твоя промежность!

Робертс вскочил из-за стола.

— Иди наверх и сними это платье, оно тебе совершенно не идёт, — уже спокойнее добавил он, глядя на её застывшее лицо.

— Я просто хотела поговорить и найти общее решение. Но ты прав, между нами не может быть ничего, кроме секса. В таком случае, я имею право требовать плату. Иначе, ты будешь трахать моё безжизненное тело. Посмотрим, как тебе понравится бревно!

Стакан с водой лопнул в его руке, обдав брызгами белоснежную рубашку. София подумала, что скорее всего, ей нужно ретироваться, пока она и вправду не стала безжизненным телом.

— Стоять! — его голос был настолько грубым, что низ живота скрутил спазм.

Она застыла на месте, пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями. Их было так много, но ни одна не была положительной.

— И во сколько же ты себя оцениваешь, маленькая шлюшка? — он подошёл к ней вплотную, отчего по спине Софии пробежало стадо «мурашек».

Девушка расправила плечи и повернулась к Хозяину. От извержения потока брани и оскорблений в его адрес её удерживал только инстинкт самосохранения, но точка невозврата была уже близко.

— Я не деньги имела в виду. Я хочу больше свободы. Я не вещь, чтобы просто лежать на полочке в ожидании, — слёзы были готовы хлынуть из глаз, но она часто заморгала, не позволяя рыданиям вырваться наружу и показать его превосходство над ней.

— Ах, вот оно что, — он склонился к её губам и обдал их своим жарким дыханием, — Я подумаю над твоим предложением. Но ты, в свою очередь, должна доказать мне, что стоишь того, чтобы я тратил время на эти раздумия.

В тёмных глазах полыхал огонь.