Кукла его высочества

Все вокруг разом подобрались: гвардейцы вытянулись в струнку, горожане поклонились, кавалеристы застыли в седлах еще более горделиво, казалось, даже лошади насторожили уши и придали мордам выражение глубокой почтительности.

Первый принц тронул жеребца пятками, и тот медленно двинулся вперед, недобро и придирчиво поглядывая по сторонам, словно инспектируя выстроившихся в два рядочка лошадей. Одна из них не выдержала и нервно всхрапнула.

Ну… я ее прекрасно понимала. И даже была солидарна. Потому как, в отличие от своего коня, первый принц по сторонам не смотрел. Его темный непроницаемый взгляд был сосредоточен целиком на мне, не оставляя ни малюсенького глупого сомнения в том, ради кого было предпринято все это построение.

Проехав половину пути до меня, Родерик Делаэрт остановил коня. Молча. Горожане распрямились, но остались стоять на своих местах, не решаясь двигаться. Молча. Гвардейцы продолжали демонстрировать образцовую дисциплину, выучку и готовность служить короне. Тоже молча. Лошади понятливо поддержали всеобщую тишину, только одна нервная фыркнула что-то неодобрительное. Черный жеребец метнул на нее быстрый взгляд, словно брал на заметку. Пауза затягивалась и уже начинала понемногу напрягать.

Я вздохнула и сошла по ступеням крыльца. Не то чтобы очень стремилась к диалогу, но… не прятаться же за плечом лихры хозяйки? «А вот интересно… — отвлеченно подумала я, — меня показательно убьют прямо здесь? Или пока только торжественно арестуют?»

Я встала напротив принца и сделала обреченный, но весьма привлекательный реверанс. В верхней одежде это было непросто, но я постаралась. Не то чтобы надеялась смягчить сердце Делаэрта, а просто… куча зрителей вокруг. Смотрят, запоминают, потом еще месяц обсуждать будут. Не каждый день первый принц лично беглых кукол отлавливает по улицам города. Так что… приму уготованную судьбу с достоинством.

Родерик Делаэрт спешился, и это явилось первым сюрпризом. Ну ему в общем-то не обязательно снисходить до меня. Мог бы просто отдать приказ, армия-то наготове. Или это… сердце пропустило один удар… все-таки сам казнит, сразу?!

— Моя дорогая! — сказал принц, и это был сюрприз номер два. А когда он подошел и мягко меня обнял, я на время лишилась дара речи. — Я так рад, что вы не пострадали, — проникновенно произнес первый принц. — Не сомневайтесь, велийра, ваши похитители ответят по всей строгости закона. Я прослежу за этим лично.

При последних словах он добавил в голос металла, и, хотя принц продолжал смотреть только на меня и вроде как обращался исключительно ко мне, по лицам окружающих прошла нервная судорога. Мне показалось или лошади тоже дернулись?"

"— Пойдемте, велийра, во дворце нас ждет завтрак, — ласково сказал Родерик Делаэрт и подал мне руку.