Кукла его высочества

В смысле смотреть Делаэрту в лицо я точно не буду, даже если ему придет идея умолять меня об этом на коленях. У меня выдержки не хватит встретиться с ним взглядом, и так все мои силы и актерское мастерство уходят на то, чтобы сохранять на физиономии отстраненное выражение и не трястись от ужаса.

Он маньяк, точно. Извращенец. Садист. Кто там еще? Нет, хотелось бы, конечно, чтобы мои страшные догадки не подтвердились, но… будем реалистами и соберем в кучку всю имеющуюся информацию: туманные жалостливые намеки стражи, комментарии лийра Термонта, явное облегчение, с которым придворные дамы покинули комнату, ну и, наконец, оказанное мне внимание. Это чтобы столько народу подорвалось из-за какой-то там куклы?! Выделили отдельные комнаты с роскошной обстановкой, придворных дам приставили, старший маг сопроводил лично… Стало совсем тоскливо. По всему выходит, во дворце очень надеются, что новая игрушка отвлечет их господина от… от чего, кстати? От их собственных бренных тел? От их жизней?! Принц — психопат, да?

— Я… так рад тебя видеть, — негромко проговорил принц, явно нервничая, и я все-таки рискнула быстренько бросить на него взгляд. Действительно, выглядел парень странно: темные глаза были все также прикованы ко мне, и в них плескалось столько… волнения, радостного ожидания и… удивленного счастья, словно фею-крестную с возком подарков увидел!

Я помрачнела. И чего это он так радуется? Прикидывает, как будет разбирать меня на запчасти?! Я покачнулась.

— Что? Что случилось? — перепугался принц, но подхватывать не стал, наоборот, сделал торопливый шаг назад.

Я восстановила на физиономии каменное выражение. Ну я же кукла, в диалог вступать не обязана, чему в данный момент была безумно рада: вряд ли удалось бы выдать хоть что-нибудь вразумительное.

Я перевела дыхание. Кажется, все это время едва дышала. Главное, чтобы принц прямо сейчас не стал на мне практиковаться (вензеля на коже вырезать или как он там развлекается?), пусть спокойно уходит, а потом… потом я знаю что делать.

— Все хорошо? — настороженно поинтересовался Родерик Делаэрт, и я, подумав, медленно кивнула, повергнув его этим нехитрым движением в состояние, близкое к эйфории.

— Ты понимаешь?! — с радостным, трогательным (ну, трогательным, конечно, для куклы, а для реальной меня оскорбительным) изумлением воскликнул он и тут же горячо зашептал: — Конечно, ты понимаешь! Понимаешь… Хвала всем Бессмертным! Я так счастлив! — доверительно признался принц и улыбнулся обезоруживающей белозубой улыбкой, такой яркой, чистой и искренней, какой взрослым мужчинам, тем более его положения, и улыбаться-то неприлично!

Я застыла в ступоре, забыв, что надо моргать. Похоже, я поспешила с выводами насчет его возраста. Наверняка он моложе.