Кукла для босса

 — На такую зарплату нужен профи, а мне еще расти и расти. И они сразу поняли, что я — балда. Почти ни одного вопроса по делу. Все больше пустяки спрашивали. Из вежливости. Одна ли живу или с родителями? Есть ли домашние животные? Встречаюсь ли я с кем-нибудь? И не собираюсь ли замуж в ближайшее время? Если так проходят все собеседования, — криво усмехнулась Ева, — то нужно отправить анкету в «Газпром»…»

— Макарона, — резко окликнул кто-то сзади, да еще и по плечу стукнул.

«Значит, однокурснички», — подумала Ева и нехотя повернула голову. Поморщилась внутренне, надев на лицо дежурную улыбку.

— Ты чего здесь? — подозрительно фыркнул Глеб Старшинов, бывший сосед по парте и незадачливый кавалер. — Тебя-то что принесло в офис к Агафонову?

— Куда? — не поняла она и тут же прослушала краткую историю компании, куда только что приходила на собеседование.

— Агафонов Михаил Александрович, хозяин всего, что ты сейчас видишь перед собой, и еще на десять этажей вверх. Глава холдинга, названного в честь себя любимого…

— Почему ты мне это рассказываешь? — протянула томно. Нарочито томно, зная, что собеседника это бесит.

— Зачем ты сюда приперлась, зубрилка несчастная? — процедил Глеб. — Тут таким, как ты, ничего не светит. Да и зачем тебе работать? Тебе папочка и мамочка все принесут на блюдечке…"

"— Идиот, — коротко бросила Ева и поспешила к выходу. Она чувствовала, как ее трясет от ярости, как от гнева руки сжимаются в кулаки.

«Так бы врезать по этой ехидной морде, — подумала она, представляя, как в лицо Старшинову хорошо заученным движением прилетает кулак. — В таком состоянии за руль лучше не садиться», — предупредил внутренний голос.

Она быстро прошла мимо парковки холдинга и, войдя в кафе напротив, уселась за столик у окна. Заказала латте и круассан и попыталась собрать себя в кучу. Вот только получалось с трудом, как всегда, когда кто-либо упоминал о матери. Горечь потери тотчас же затопляла душу и легкие. Становилось нечем дышать, а из глаз сами собой лились слезы. Еве всегда казалось, что тогда, десять лет назад, она попала в какую-то параллельную реальность, да так и не вернулась обратно. Мама, красивая и здоровая, с голубыми глазами и копной черных волос, с румянцем во все щеки и заливистым смехом, умерла в одночасье. Вот она только ходила, ругала братьев за бардак в комнате, хлопотала на кухне, а потом прилегла на минутку, будто устала, и уже не поднялась. Никогда. К великому ужасу тех темных лет прибавилось и признание отца, что у него есть вторая семья и маленькая дочка.

— Теперь они будут жить с нами, — пророкотал он примерно через два года. И Ева даже сейчас помнила, как боль предательства захлестнула еще сильнее, чуть заглушая боль утраты. Новой женой отца оказалась его секретарша.