Кукла для босса

У тебя голос зычный, будешь «Горько!» кричать.

— Ой, Мишенька, — всплеснула руками Надежда. — Я ж не смогу, — запричитала она. — Мне и надеть нечего. На танки сейчас чехлы не шьют…

— Я тебе премию выпишу, Надежда, — заверил он и, увидев, что Ева опять вышла из кабинета, пригрозил: — На свадьбу не приедешь, точно уволю.

— Тиран, — прошипела главный бухгалтер. — Как с тобой, оглоедом, такая добрая и нежная девочка жить собирается?

Михаил не стал ничего отвечать.

«Что сказать? Приложу все усилия, но сделаю Еву счастливой? А если и говорить, то точно не Наде», — мысленно усмехнулся он и, зайдя к себе в кабинет, осмотрелся по сторонам. Увидел лежащие в упаковках тесты и разочарованно протянул:

— Я думал, ты меня сейчас обрадуешь…

— Дома, — махнула ручкой Ева, и Агафонов заметил у нее на пальце помолвочное кольцо.

— Тогда едем, — скомандовал он. — Я хочу точно знать. Уже сегодня.

— Что знать? — изумилась она.

— Снайпер я, мадам, или нет…

Накануне гражданской регистрации Агафонов свалился с гриппом. И перед ЗАГСом, куда они с Евой прибыли одни, наглотался таблеток, дабы не хлюпать носом.

— Ептиль, — выругался он. — Где меня угораздило подцепить эту заразу? — ворчал он, паркуясь прямо около мраморного крыльца.

— Твою машину заберут на штрафплощадку, — задумчиво предрекла Ева.

— Так инвалид приехал жениться, — просипел Агафонов. — Быстрее распишут!

И точно! Ева поразилась, как, стоило им войти в пустое нарядное фойе, украшенное цветами в огромных вазах, к ним подлетела какая-то тетка с халой на голове и в длинном синем платье.

— Вы от Романа Андреевича? — прошептала она. — Пойдемте, пойдемте.

Ева смутно помнила, как поставила роспись в огромной амбарной книге и тут же стала Агафоновой. Как, закашлявшись, над гроссбухом склонился Михаил и вывел свою размашистую красивую подпись.

— Все, — облегченно вздохнул он, дописав последнюю завитушку. — Теперь ты моя жена на веки вечные.

А в фойе их встречал Демьяновский. В черном пальто, с роскошным букетом роз и коробкой конфет.

— Поздравляю, дети мои, — заявил он, обнимая сначала Агафонова, а потом и его жену. — Вот заскочил поздравить. Наши родители уже едут в Сочи, а мне в Москву лететь надо… — начал он и осекся. — Будьте счастливы, волнистые попугайчики!

Агафонов пнул незадачливого гостя локтем в бок и пробурчал добродушно:

— Поедем в кабак, хоть шампанского выпьем.

— Не могу, — мотнул головой Дема. — У меня рейс. Я рад, что мы помирились, Ага. Безумно рад. Нам еще много чего нужно обсудить…

— Не-а, — фыркнул Агафонов. — Кроме возврата долгов ничего другого я обсуждать не намерен. Понял?

— Конечно, — усмехнулся Демьяновский. — С конфетами повнимательней. Дорогие, — предупредил он и отбыл.