Кукла для босса

 — Здание вроде новое…

— Да, как раньше говорили, с такими трещинами нужно к гинекологам обращаться, а не к строителям, — фыркнул Михаил, выезжая с парковки и одновременно звоня кому-то из прорабов.

«Слава богу, объяснились, — мысленно усмехнулся он, покончив с делами. — А то Нина наша — ни слова лжи! Одна ересь… Все перевернет вверх дном и даже мертвого убедит в своей правоте. Коза, блин, — выругался он про себя, прибавив парочку ласковых для бывшей. — Ну ты и сам-то хорош, — ощерился он. — Веришь всяким идиоткам, да еще потом мучаешься от тоски. Любишь Еву — вот и верь ей одной», — велел сам себе Агафонов и на красном сигнале светофора огладил округлую коленку, обтянутую офисными черными брючками.

— Сейчас домой завалимся, — довольно предложил он, хитро поглядывая на сидящую рядом женщину, — можем вместе ванну принять, чтобы согреться. И сразу в кроватку, да? — легкомысленно заметил Михаил и, когда Ева радостно кивнула, почувствовал, как счастье волной разливается по груди. — А потом я съезжу за Егором, — вздохнул он, понимая, что не хочет оставить сына даже на одну ночь у Нины.

Он уже свернул на трассу, ведущую прямо к дому, когда ему позвонил Кислицын.

— Тут это… — попытался он подобрать слова. — У меня есть кое-какая версия, кто стоит за письмами и подделкой вашей подписи, Михаил Александрович.

— Рассказывай, — грозно велел Агафонов и почувствовал, как портится настроение.

«Нужно было не брать трубку, — в сердцах подумал он. — Какого хрена…»

— Я не могу, — пробормотал Кислицын. — Мне бы подъехать к вам, поговорить с глазу на глаз…

— А до завтра наш разговор отложить нельзя? — хмуро осведомился Агафонов. — Я, конечно, заинтересован в поимке и автора подложных писем, и туалетного поэта. Но не то чтобы горело, Николаич. Есть ли смысл через весь город ко мне ехать?"

"— Да, Михаил Александрович, — пробубнил он. — Я боюсь, завтра уже поздно будет. Ну и вам нужно время подумать…

— Даже так? — криво усмехнулся Агафонов, тормозя около дома. Он покосился на часы и пробурчал недовольно: — Сейчас без пятнадцати три. Вот часам к четырем и подгребай, лады?

— Объект номер один? — уточнил Кислицын.

— Он самый, — хмыкнул Агафонов и, отложив телефон в сторону, повернулся к Еве. — У нас с тобой на все про все один час, малыш, — печально улыбнулся он. — Потом за каким-то лядом Кислицын припрется.

— Значит, трахаемся в душе, — деланно вздохнула Ева и закатила глаза.

— Самый классный вариант, — весело бросил Агафонов. — Три в одном, Ева! Согреемся после прогулки. Займемся любовью и сразу искупаемся. Или наоборот. Чур, очередность действий выбираешь ты!

— Заметано? — подмигнула она и, выскочив из машины на расчищенную дорожку, понеслась к дому. Но Агафонову вдруг захотелось поймать ее.