Кукла для босса

Мать передаст паспорт, и она уедет.

— Нет, — строго бросил Василиди. — Завтра. Пусть возвращается домой, берет свой паспорт и летит куда хочет.

— Разумно, — пробурчал Агафонов, в глубине души жалея, что из-за какой-то темной истории поссорился с Ромкой.

«Всю жизнь дружили», — вздохнул он про себя и изумленно уставился на бывшего друга, что под охраной тащился мимо. Влажные брюки облепляли ноги, рубашка прилипла к груди, а черное пальто, накинутое на руку, казалось скомканным тряпьем.

— Послушай, Агафонов, — зло пробурчал Дема. — Я передумал тебе продавать дом.

— Да я и не куплю, Ром, — криво усмехнулся Михаил. — Долги верни. Там уже все сроки прошли.

— А если кину? — недобро хмыкнул Демьяновский. — Ты же теперь по другую сторону баррикад.

— Не обеднею, — поморщился Михаил. — Но в арбитраж обращусь. Ну, или еще куда-нибудь…

— Ты! — гневно прокаркал Дема и решительно направился к выходу.

— Как он вообще понял, что Камилла здесь? — вздохнула Ева. — Она же сидела тише воды…

— Карточки, — скривила полные губы Яна. — Ты же ее предупредила, а она не поверила. Решила, что ты придумала.

— Больше мне делать нечего, — возмущенно отмахнулась Ева. — Что у Милки с головой приключилось? — раздраженно пробурчала она и неожиданно охнула. — А куда запропастился Егор? Что-то его долго нет, Миша?

— Надеюсь, Демьяновский не взял его в заложники, — рыкнул Агафонов и понесся в отель, краем глаза заметив, что за ним следом несутся Ева и Зак.

— Мы — команда, — хмыкнул себе под нос Агафонов и, увидев сына, сидевшего на лавке с пакетиком нимесила в руках, опустился рядом. Поникшие плечики и расстроенная мордашка говорили сами за себя, удаляющаяся под конвоем гордая фигура Демьяновского — тоже.

— Что он тебе сказал? — требовательно поинтересовался Агафонов, обнимая сына.

— Что ты — предатель, пап, — всхлипнул Егор. — Что ты предал его и мою маму…

«Вот же сука! — мысленно рыкнул Агафонов. — Тварь поганая… нашел, на ком отыграться!» — он внимательно посмотрел на сына, перевел взгляд на запыхавшуюся Еву и Зака и пробурчал недовольно:

— Это он от злости, сынок. Я тебя никогда не предам, — воскликнул горячечно. — Тебя тоже, — притянул Еву к себе и усадил рядом. И ты, Зак, тоже член нашей семьи…

Агафонов задумался, напряженно подбирая слова, когда, ласково огладив Егора по голове, в разговор вступила Ева.

— А ты сам как думаешь? — как взрослого спросила она. — Этот гад мог меня утопить в бассейне, если бы не Зак. А кто ему отдал команду? — она воззрилась на Агафонова заплаканными глазами и пробормотала чуть слышно: — Спасибо, что выбрал меня… а не этого парнокопытного.

— Да я и не выбирал. Тебя я люблю…

Он не успел договорить, как Ева, плача, бросилась ему на шею.