Кухтеринские бриллианты. Шаманова гарь

Крохин существовал, и Антон передал анонимку сотрудникам ОБХСС, поскольку борьба со спекуляцией их кровное дело. Недели две спустя поинтересовался принятыми мерами. Инспектор, проводивший расследование, заявил, что факты, указанные в анонимке, не подтвердились. В торговую сеть района более полугода ковры не поступали, и, естественно, приобрести их Крохин не мог. Не было и других каналов для приобретения. Случай произошел не так давно, месяца полтора назад.

— Ну и что он, Крохин?… Получил мотоцикл или деньгами стоимость выигрыша взял? — спросил Медникова Антон.

— Этого не знаю. Не интересовался.

— Боря, расскажи о нем подробнее, как о человеке.

— Чужая душа — потемки, — с наслаждением затянувшись сигаретой и выпустив густое облако дыма, излюбленным своим философским тоном изрек Медников. — Как специалист Крохин не плохой. Институт закончил с отличием, дело свое знает толково — не в каждом районе найдешь такого стоматолога…

— Чем он дышит?… Чем живет? — поторопил Антон.

— Дышит, как все грешные, воздухом. Живет насущными заботами, которых у него тьма-тьмущая, — полушутливо-полусерьезно проговорил Борис — Короче, скажу так о Крохине: это неглупый человек, жизненное кредо которого: лучше быть в провинции губернатором, чем в столице из подворотни на жизнь глядеть.

Антон задумался. Медников с жалостливой миной на лице поглядел на катастрофически уменьшающийся окурок, еще раз затянулся и продолжил:

— Чтобы не тянуть время, постараюсь объяснить. Когда это началось, не знаю, но сейчас довольно крепенько сформировался этакий тип интеллигента районного масштаба. В общем-то, это неглупые, сравнительно трудолюбивые, но… ленивые умом люди. Их не прельщают слишком высокие посты, не влекут шумные города. На высоких постах — ответственность большая, а с закисшими мозгами в крупном городе — того и гляди, за бортом жизни окажешься. К чему рисковать, если жизнь дается один раз?… Не лучше ли обосноваться в тихой гавани, года три-четыре поработать на авторитет, а потом… пусть авторитет работает. И вот, когда авторитет начинает работать в полную силу, интеллигент тихонечко уходит в тень. Заводит собственную машину, особнячок, огородик, пасеку и… Живи-поживай да мед попивай. Кстати, он на рынке по четыре рубля килограмм…

— Крохин имеет пасеку? — недоверчиво спросил Антон.

— Да разве один только Крохин?… Не сходя, что называется, с места, могу назвать десятка полтора уважаемых в районе людей, которых давно уже следовало бы презирать за их страсть к обогащению…

— Боря, мы отвлекаемся, — Антон посмотрел на часы. — Давай о Крохине.

— А что о Крохине?… — Медников недовольно посмотрел на Антона.

— Ты же сказал, что у него долгов, как семечек…

— Правильно сказал.