Кухарка в академии яда. Дракон, компот и антидот! (СИ)

В тот день не стало молодого дракона-изгоя Мераксиора. Зато в тот день родился человек, будущий кесарь Меракс Цезарион. Но эта чешуйчатая порода. Ее же не вытравить, ты сама теперь понимаешь.

– Зачем ты рассказываешь мне все это? – поморщилась я.

– Чтобы ты поняла, иномирянка – я не чудовище, которым ты меня представляешь. Впрочем, о твоем мире мы поговорим чуть позже. Чтоб ты понимала – он весьма заинтересовал меня. Но сейчас…

Цезарион окинул меня взглядом с ног до головы.

– У меня никогда не было драконицы. К тому же, она пришлая, из другого мира… Я думал, ты обычная проходимка и разбойница. Но ты оказалась другой. Не такой, как все. Чужой в этом мире. Точно так же, как я был чужим для своей стаи. Ты избрала наследника Сайфера, но, по незнанию, поторопилась с выбором.

– Риган убьет тебя. Ты отплатишь за все зло, что сделал ему!

– Я уже предпринял необходимые меры, Лиля. Восстание будет задушено в зародыше, мятежники казнены. А академии придется искать нового профессора по ядам. Профессиональные драконоубийцы, которые встретятся с ним совсем скоро, знают свое дело.

Внутри меня похолодело. Неужели все кончено? Все…

– Ты никогда не станешь драконом, Цезарион. Ты недостоин!

– Стану. Благодаря тебе.

– Не понимаю.

– А тебе и не нужно ничего понимать. Просто подчинись. Стань моей!

– Не получится. Я никогда не предам Ригана.

Меракс приблизился и схватил меня за запястья. В его голубые глаза страшно было смотреть. В них пышным цветом расцветала одержимость.

Теперь, когда я знала историю Меракса, его, наверное, можно было пожалеть. Или хотя бы понять.

Но у меня кесарь вызывал лишь отвращение. О чем я ему и сказала.

Меракс Цезарион был не из тех, кто спокойно принимает отказы. Он со всего размаху швырнул меня на постель.

Ошейник подавлял мою волю, но я все равно отталкивала кесаря, как могла. От него сладко пахло вином и дорогими маслами, втертыми в волосы, но он был такой чужой и оттого вдвойне отвратительный после Ригана.

Драконица внутри ревела и металась, как в клетке – она требовала своего дракона и только его. А наглого проходимца, покусившегося на святое, принадлежащее только ее истинному, ей хотелось перекусить пополам и сжечь!

– Я все равно получу то, чего желаю, – со стиснутыми зубами прошипел кесарь. – Покорись – прими меня. Иначе горько пожалеешь о своей строптивости, иномирянка.

В тот момент я поняла, что не зря на меня надели этот дурацкий халат. Ведь он раскрывался так легко, стоило только за шелковый пояс потянуть. Что Меракс и сделал.

Тогда меня охватило настоящее отчаянье и ощущение безнадежности, будто все кончено.

Наверное, все и впрямь было кончено…

ГЛАВА 43

Но в этот миг поверх плеча Цезариона я увидела то, отчего на глаза навернулись слезы.