Тайна озера Кучум

Стоит только ему захотеть, и он уничтожит людей так, как время разбивает в порошок скалы и камни. Зачем они пришли сюда, нарушили его покой? Он их не звал. Наверное, Загбой понял всё по-своему и, более не говоря ничего Кучуму, молча пошёл по поляне.

Прежде всего, надо было обстоятельно, более точно осмотреть место трагедии, оценить ситуацию, чтобы знать, что делать дальше. Как он и предвидел, здесь, на поляне, были только мелкие части костей без плоти, объеденные хищниками и птицами раньше, зимой. Основную массу амикан должен унести куда-то в одно место, в душник. Медведь любит мясо с душком, на некоторое время квасит плоть во мху, под валежником. Это известно каждому человеку тайги. Когда добыча лежит в одной куче, её легче охранять, защищать от посягательств другого зверя. Хотя у такого громилы в этой тайге навряд ли найдётся кто-то, кто попытается претендовать на потаржнину.

Предположения следопыта оправдались. Стоило сделать по поляне небольшой круг, как он тут же заметил старые следы поволоки. Вот здесь зверь тащил человека. А вот тут что-то тяжёлое, громоздкое, возможно, лошадь. Направление поволоки одно — кедровая колка, куда скалится Чингар и куда со страхом смотрят олени. Значит, все останки погибших людей и павших коней там, под присмотром хозяина тайги.

До кедровой колки около трёхсот метров. Для медведя расстояние небольшое. Вероятно, зверь уже давно услышал людей. В таком случае, что он сейчас делает: затаившись, продолжает караулить душник или ушёл? Так или иначе надо идти туда, «лезть на рожон». Туши лошадей — пусть догнивают. Но тела людей надлежит предать земле по христианскому обычаю. Так говорит Залихватов. Такова вера и обычаи русских. И это должно быть исполнено.

Вчетвером собрались на небольшой совет. Разговаривали негромко, вполголоса, постоянно поглядывая на кедровую колку. Решили разделиться на две группы. Агафон и Костя остаются в лагере, разводят костёр, разгружают оленей. Загбой и Николай Иванович пойдут к душнику. Идти вчетвером безопаснее, но следопыт решил по-своему. Если возникнет необходимость самообороны, стрелять зверя вдвоём будет намного проще, меньше вероятности в суматохе подстрелить товарища. К тому же по опыту Загбой знал, надеялся, что медведь покинет душник прежде, чем они подойдут к нему на выстрел. Каким бы огромным медведь ни был, но чувство страха перед человеком всегда сильнее. А на случай возможного нападения у них есть хорошие разрывные пули. Да и здесь, на стане, должен кто-то остаться. В данной ситуации нельзя оставлять оленей без присмотра."

"Разошлись. Загбой, Залихватов, осторожно, тщательно укрываясь за колками и кустарниками, побрели туда, вверх, «в пасть зверю». Агафон стал снимать с оленей груз. Костя пошёл в стланики, за хворостом.