Кубинское каприччио

– Почему к сожалению? – спросил Туфан.

– Артистом и музыкантом сейчас выгодно быть. Можно хорошо зарабатывать на свадьбах, – пошутил Дронго.

– А вы мало зарабатываете? – подозрительно спросил Туфан, глядя на одежду гостя.

– Не жалуюсь. Но у меня сложная работа. Я врачую души, а это достаточно сложно.

– Значит, вы доктор, – вмешалась Хуршида. – Чем именно вы занимаетесь? Хирург или терапевт?

– Иногда бываю хирургом, иногда терапевтом, – ответил Дронго, сдерживая смех. Он видел, как смотрит на него Борис Измайлов, и решил продолжать игру до конца. – Все зависит от обстоятельств конкретной запущенности той или иной болезни.

– Что значит «врачуете души»? – спросил более образованный Туфан. – Вы экстрасенс? Или какой-нибудь маг-целитель?

– Господин Дронго юрист, – решил наконец вмешаться Борис, – и когда он сказал, что «врачует души», он имел в виду терапевтический характер своей помощи разным людям. Или хирургический, если приходится удалять конкретного человека из общества.

– Я вспомнил, – сразу сказал Туфан, – я был в ресторане «Дронго», который открылся в Москве. Кажется, на шоссе Энтузиастов. Вы имеете к нему какое-то отношение?

– Нет. Они просто взяли мое имя.

– Странное имя. Какое-то не наше. Больше похоже на югославское или белорусское. Я еще тогда подумал, что у вас не наше имя.

– Это не имя. Меня обычно так называют. Это в честь небольшой птицы, которая ничего не боится и умеет имитировать голоса чужих птиц.

– Вас назвали в честь птицы? – усмехнулся Туфан. – Вы смелый человек, если говорите подобные вещи.

– Я давно уже перестал комплексовать по этому поводу, – улыбнулся Дронго, – некоторых называют в честь змей, некоторых – в честь птиц. У меня были знакомые, которых называли акулой или тигром. И никто не обижался. У меня был даже школьный товарищ, которого все называли бобром. Он был маленький и толстый. А к десятому классу он назло всем вырос и похудел.

– Смешно, – сказал Туфан. – Значит, вы юрист? Интересно, чем вы занимаетесь?

– Работаю по специальности, – уклончиво ответил Дронго.

– Идемте обедать, – предложил Борис, – Фатьма уже все приготовила. Тетя Хуршида, как вы себя чувствуете?

Они прошли к столу, стоявшему у окна. Расселись. Фатьма стала расставлять тарелки на столе. Хуршида недовольно взглянула на нее, затем отвернулась, ожидая, когда прислуга выйдет из комнаты. И только затем начала говорить.

– Отвратительно, – вздохнула Хуршида, – мы только сейчас приехали из Баку. Вчера почти всю ночь не спали. Туфан приехал только под утро…

– Это не обязательно сейчас обсуждать, – недовольно заметил ее сын.

– Но я волновалась, – перебила его мать, – и очень нервничала за тебя.

– И где он был? – спросил Борис.