Кубанский огонь

Вам лучше начать говорить правду, прямо сейчас.

– Но я и сказал правду!

Капитан зло сверкнул глазами:

– Опять?! В карцер на хлеб и воду, пока не заговоришь!

Минута прошла в напряженном молчании. Потом капитан продолжил немного мягче:

– Я вам помогу. Кто убил Рябоконя? Остриков со Шкуропатом?

– Да…

В комнате повисла тишина. Наконец они доискались правды… Ай да Продан!

Капитан сделал паузу и продолжил:

– Где и когда?

– В хуторе Романовском. Там у Шкуропата притон. После Болгарии Лука Степанович имел при себе больше десяти тысяч наличности. И готовый пламенемет, который их очень интересовал.

– Кого «их»?

– Вариводу и того, кто стоял за ним.

– Вы имеет в виду Асьминкина? – уточнил Лыков.

– Точно так.

– А бомбы?

– Этих осталось много, еще до поездки Рябоконь нафабриковал их несколько дюжин. Гранаты, осколочные бомбы и самые трудные в изготовлении – зажигательные.

– То есть, – подхватил Продан, – изобретатель стал не нужен.

Бывший студент сказал, оправдываясь:

– Рябоконь вдохновился испытаниями в боевых условиях и решил еще раз предложить идею правительству. А мы уже передумали.

Капитан продолжил:

– У него имелись готовое оружие, запас снарядов к нему и сумма денег, которой вам хотелось завладеть. Так?

Деликатный молча кивнул. Алексей Николаевич уже догадался, что к чему, и поднажал:

– Чья была идея избавиться от автора изобретения? Говорите, все равно мы их поймаем и узнаем правду.

– Моя… – спасовал студент, зажмурившись.

– Вы придумали план, а им предложили его осуществить, – констатировал сыщик. – Значит, тогда вы были все вместе? Рябоконь ни в какой Петербург не уезжал?

– Да. В октябре тысяча девятьсот девятого года мы из Болгарии вернулись обратно в Россию и поселились в Романовском хуторе. Где прожили всю зиму, весну и часть лета. Рябоконь улучшал свой образец, на Балканах вскрылись некоторые недостатки, нужно было их устранить. И сделать еще несколько экземпляров на заказ. К осени все было готово. И мы решили, что пора…

– Расскажите сначала о поездке на Балканы, – сурово потребовал капитан. – Где вы взяли деньги на нее?

– Вы уж знаете. Заработали в станице Ширванской.

– Почему именно там?

– Остриков сказал, что его друзьям надо кое-что сжечь и они готовы хорошо заплатить.

– Лука Степанович согласился «кое-что сжечь»?

– Увы, – с искренней печалью в голосе ответил студент. – Он сначала не хотел. Думал продать свой пламенемет правительству, для будущей войны. Но оказалось, что его изобретение никому не нужно, кроме бандитов. Когда Асьминкин попросил подхорунжего сжечь скважину, тот сперва возмутился. А потом узнал, что за это дадут пять тысяч, и согласился. Ему требовались деньги, чтобы закончить модель. И Лука Степанович не удержался в порядочных людях.