Тот, кто знает

Идти на балет ему совершенно не хотелось, в детстве его явно перекормили регулярными посещениями Мариинского театра, и перспектива снова смотреть на игрушечные страдания девушек-лебедей, оживающих мертвецов или сказочных принцев Игоря не вдохновляла.

Однако родители твердо решили, что мальчик должен приобщаться к прекрасному, и сопротивление было сломлено в самом зародыше."

"Через несколько минут после начала спектакля Игорь уже забыл о том, что не хотел идти в театр. Балет поразил его воображение, он даже не подозревал, что можно ТАК танцевать под ТАКУЮ музыку. Страсти оказались вовсе не игрушечными, рисунок танца был непривычен глазу и завораживал настолько, что сводило затылок. В тот момент, когда два непримиримых врага – Спартак–Васильев и Красс–Лиепа – сошлись у края сцены и несколько секунд молча смотрели друг на друга, у Игоря возникло ощущение, что он смотрит кино или даже читает книгу: слова, описывающие мысли и чувства героев, словно сами собой возникали в голове. Никогда еще на балетных спектаклях с ним такого не происходило.

В антракте отец повел его в буфет. Им удалось занять удобное место, где отец и сын Мащенко расположились со своими соками, бутербродами и пирожными. В какой-то момент отец повернул голову и улыбнулся.

– Здравствуйте, Наташа, – сказал он красивой рыжеволосой девушке в длинной черной юбке и зеленой кофточке.

Девушка держала за руку девочку лет десяти-одиннадцати с нежно-оливковым личиком и огромными темными глазами. В другой руке у нее была тарелка с двумя пирожными.

– Здравствуйте, Виктор Федорович, – произнесла девушка низким голосом.

– Познакомьтесь, Наташа, это мой сын Игорь. А это Наташа, – добавил отец, повернувшись к Игорю, – моя студентка, в этом году заканчивает сценарное отделение. А кто это с вами, Наташа? Сестренка?

– Нет, просто соседка. Мы в одной квартире живем.

Виктор Федорович наклонился к девочке:

– И как же тебя зовут, соседка?

– Ира Маликова, – бойко ответила та, ничуть не смутившись.

– А сколько тебе лет?

– Через месяц будет восемь.

– Что ты говоришь? – непритворно удивился отец. – Неужели всего восемь? Я думал, тебе лет двенадцать, ты такая высокая, крупная и совсем взрослая.

– Она в дедушку пошла, – с улыбкой пояснила рыжеволосая Наташа, – тот был двухметрового роста. В классе Иринка самая высокая.

– Присоединяйтесь, – пригласил Виктор Федорович, сдвигая стаканы и тарелки, – ставьте сюда свои пирожные. Кого еще из наших видели здесь?

– Почти никого, несколько девочек с актерского и Буйнову из деканата. Даже не верится, ведь когда билеты распределяли – такая свара была, все перессорились, и где теперь все эти люди? Я думала, полтеатра только нашими будет заполнено, а нас здесь – раз-два, и обчелся.