Тот, кто знает

Именно у Софьи Ильиничны она и жила весь тот месяц, когда ухаживала за попавшим в больницу сыном.

Руслан слово сдержал и после работы помчался к подруге Ольги Андреевны.

– Показывайте, тетя Соня, где у вас проблемные зоны, сейчас мы их оприходуем.

Он ловко и споро, прыгая по стремянке вверх и вниз, достал и разложил на полу многочисленные коробки, сумки и старые фибровые чемоданчики, загромоздившие настроенные по всей квартире антресоли.

– Вот спасибо тебе, – приговаривала Софья Ильинична, – вот спасибо. Что бы я без тебя делала?

– Соседей бы позвали.

– Да что ты, милый? Стыдно. Это ты для меня как свой, родной, а перед чужими я стесняюсь таким древним хламом трясти. А вот это маме отдай, это ее вещи.

Она протянула Руслану плотно набитый пластиковый пакет с крепкими ручками.

– Что это? – удивился он."

"– Я же говорю – Оленькины вещи. Сколько я в этой квартире живу, уж больше тридцати лет, так мама твоя всегда у меня останавливалась. То тюбик с кремом забудет, то платок оставит, то лекарство, то кофточку засунет куда-нибудь, а как на поезд бежать – так искать времени нет. Вот и накопилось за тридцать-то лет. Я сейчас к переезду всю квартиру вверх дном перевернула, каждую вещичку перебрала, и все мамины вещи нашлись, я их отдельно сложила.

Дома Руслан бросил пакет на пол на видное место, чтобы не забыть взять, когда поедет в Камышов. Пакет немного постоял, подумал и упал набок. Из него выпал конверт. Руслан поднял его, покрутил в руках. Не запечатан. Заглянул осторожно и тут же с облегчением улыбнулся: никакой любовной переписки, никаких таинственных документов. Просто добросовестная тетя Соня собрала не только вещи, но и бумажки, и сложила их отдельно. Вот рецепт, датированный 1993 годом. Это рецепт на лекарство, которое ему прописали, когда он лежал в больнице, и мама, помнится, обегала все аптеки города, но так его и не нашла. Это использованные билеты в драмтеатр за март 1979-го, сентябрь 1983-го и июнь 1990 годов. Да, мамочка у нас театр любит, использует каждый свой приезд в Кемерово, чтобы сходить на какой-нибудь спектакль. А это что? Ничего не понятно, какие-то загадочные символы: 2 л, 2 и, 3 л, 4 и… И какой-то странный чертеж. Схема, где клад искать, что ли?

– Янчик, – позвал он девушку, накрывавшую на стол к ужину, – посмотри-ка на это. Как ты думаешь, это шифр?

Яна взяла листочек, несколько секунд смотрела на него, потом рассмеялась:

– У тебя крыша поехала на почве детективов! Это схема вязания свитера. «Л» – лицевые петли, «И» – изнаночные. И набросок выкройки. Между прочим, – она прищурилась и внимательно посмотрела куда-то в область Руслановой груди, – если я не ошибаюсь, как раз этот свитер на тебе сейчас и надет.