Тот, кто знает

 – А ты чего так побледнела? Волнуешься, что ли?

– Немного. Пошли, – Наташа крепко взяла Иру за руку и решительно шагнула вперед.

– Здравствуй, Марик, – негромко и очень спокойно произнесла Наташа, и Ира уже в который раз поразилась ее умению держать себя в руках. Ведь на ней лица нет от волнения, а голос такой ровный, как будто ничего не происходит.

Мужчина поднял голову, встал. Очки с затемненными стеклами в тонкой оправе мешали разглядеть его глаза, и Ира не увидела, были ли на них слезы. Марик оказался высоким полным дядькой с толстыми губами, мясистым носом и заметной плешью. Костюм на нем был, правда, очень хорошим и сидел идеально, но тем не менее, по мнению Иры, самым красивым в его внешности были все-таки очки.

– Туся? – неуверенно произнес он.

Наташа чуть качнулась вперед, словно на мгновение потеряла равновесие, и мужчина схватил ее в охапку, крепко обнял, расцеловал.

– Туся, Тусенька, как же я рад тебя видеть! Но я бы тебя ни за что не узнал, ты стала другой, совершенно другой!

– Просто я стала старой. Мне было семнадцать, когда ты уехал, а теперь уже тридцать восемь.

– Нет, Тусенька, нет, ты изменилась до неузнаваемости. А это, наверное, Иринка, которой когда-то было два годика?

– Теперь уже двадцать три, – в тон Наташе произнесла Ира. – Здравствуйте, Марк Аркадьевич. Я не думала, что вы меня помните.

– Ну как же мне тебя не помнить? Я всех помню, и мама мне обо всех вас писала. Что же мы стоим в прихожей? Я так разволновался, что даже багаж на лестнице оставил.

Он принес два огромных чемодана и скрылся в комнате Бэллы Львовны. Ира убрала тряпку, которой мыла пол, и робко постучалась к Наташе.

– Натулечка, а теперь что?

– Ничего, отдыхай пока. Они побудут вдвоем, потом Бэллочка даст знать, когда обед.

Наташа стояла лицом к окну и смотрела на моросящий дождь. Вся ее фигура выражала такое страдание, что Ира не выдержала и расплакалась.

Наталья

У нее было такое чувство, будто она сдает экзамен. Самый главный экзамен в своей жизни. Сегодня она предъявляет Марику результат своих двадцатилетних трудов – его дочь, красавицу, студентку, будущую актрису, невесту, через две с небольшим недели выходящую замуж.