Тот, кто знает

Ну ладно, посмотрим…

– Жены пока нет, не обзавелся, а с подружкой вроде на сегодня не договаривался, – сказал он. – Так как, домой или, может, все-таки в редакцию?

– Домой, – твердо ответила Ира. – Терпеть не могу официальную обстановку.

– Тогда нам вот на этот троллейбус. Побежали!

Троллейбус оказался переполнен, час пик, шесть вечера, народ возвращается с работы. Они стояли, тесно прижавшись друг к другу, и Руслан ощущал запах ее духов, сладкий и тяжелый. Пожалуй, для ее возраста слишком тяжелый, хотя к внешности вполне подходит, девица-то и сама не пушинка, рослая, крупная, яркая, с пышной грудью и налитыми бедрами, туго обтянутыми узкими брючками. Хороша, одним словом.

– Кстати, сколько тебе лет? – спросил он, продолжая думать о ее духах.

– Это совсем не «кстати», но двадцать один. А тебе?

– Представь себе, тоже двадцать один.

Троллейбус тряхнуло на очередной колдобине, Ира не удержала равновесие и толкнула стоящую рядом пожилую женщину.

– Девушка! – недовольно заголосила та, отпихивая Иру двумя руками. – Держаться нужно! Вы меня чуть не раздавили!

– Ну да, вас раздавишь, как же, – вполголоса пробормотала Ира. Руслан укоризненно покачал головой. Она еще и огрызается! Ну и характерец…

– Возьмись за поручень, – посоветовал он, – у нас тут выбоины на каждом метре, все время трясет.

До вертикального поручня ей было не дотянуться, и Ире пришлось поднять руку и уцепиться за верхний горизонтальный поручень. Случайно бросив взгляд на ее запястье, Руслан увидел, что рукав пиджака съехал к локтю и обнажился четкий шрам, довольно старый, но хорошо заметный.

– Что это у тебя? – спросил он, глазами показывая на ее руку.

– А, ерунда, в аварию попала. Сто лет назад, – беспечно ответила Ира, но Руслан увидел, что вопрос ей не понравился.

* * *– Вот здесь я и живу.

Он пропустил Иру в дверь и дал ей возможность обозреть убогое жилище. Узкий диванчик, стол, одновременно рабочий и обеденный, три стула и одно старое продавленное кресло. Все остальное пространство занимали книги и альбомы, часть – на подвесных полках, часть – стопками на полу вдоль стен.

– Удобства и кухня – общие, в конце коридора. Зато есть кладовка, которую я оборудовал под фотолабораторию. Что молчишь? Не ожидала, что я так бедно живу?

– Ой, да ладно, – протянула Ира, плюхаясь в кресло и вытягивая ноги, – можно подумать, я в Москве в хоромах живу. Между прочим, мы с Наташей живем в коммуналке. У нас там тоже удобства и кухня общие.

Руслан не поверил. Где это видано, чтобы известный кинорежиссер, депутат парламента жил в коммунальной квартире? Вранье.

Вероятно, скепсис был явственно виден на его лице, потому что Ира продолжила:

– Раньше там много народу жило, четыре семьи, потом как-то рассосались.