Кто убийца, миссис Норидж?

Я заметил, что вы весьма проницательны, миссис Норидж. Весьма! Врачи и священники обычно неплохо разбираются в людях, но вы ни то и ни другое. Так скажите мне, где вы этому научились?

Миссис Норидж задумалась, но ненадолго.

– Видите ли, сэр, по долгу своей профессии я хорошо разбираюсь в детях. А взрослые ничем не отличаются от них. Если вы знаете детей, то знаете и взрослых.

– Неужели? Совершенно ничем не отличаются?

– Абсолютно, – заверила миссис Норидж.

– Вот уж ерунда так ерунда, – пробормотал Патрик, едва дверь за гувернанткой закрылась. – Дети! Ха! Ничего подобного. Может, кое-кто в этом доме и впал в детство… – он выразительно посмотрел на портрет тестя, – но только не я. Дети есть дети, а взрослые есть взрослые. Верно я говорю, Дик?

Лабрадор утвердительно гавкнул.

Патрик Эванс откинулся на спинку кресла с удовлетворенной улыбкой.

Затем выдвинул ящик, достал новую модель паровоза, которую закончил клеить как раз утром, и поставил на столе перед собой так, чтобы солнце сверкало в стенках начищенных, как новенькие ботинки, веселых зеленых вагончиков."