Кто сильней - боксёр или самбист?

«Ну, ни фига себе! Вот это питание. Пусть бьют. Выдержим. Обязательно буду здесь служить», — размышлял солдат, спокойно доедая тарелку. Никто его не торопил. Тимур попил чаю и пошёл в каптёрку. Все уже собрались там и разглядывали новые шинель, шапку и парадку прибывшего солдата. Тимур уже знал, что старослужащие забирают у молодых новую форму, чтобы потом дембельнуться домой во всём новом. Поэтому он только сказал:

— Отдайте мою книгу!

Все уставились на него. В центре каптёрки за столом сидел худощавый солдат и рассматривал подарок сержанта Бажова. Вдруг он увидел дарственную надпись, удивился, показал Виталию, сидящему рядом, и спросил:

— Так твоя фамилия Кантемиров? А ты, боец, случаем, не родственник майору Тасоеву? И вообще, как ты сюда попал?

— Нет, не родственник. А как попал, спросите у майора.

Тимур подошёл к столу и протянул руку:

— Я сказал, верните мою книгу!

Тимура плотно окружили. Солдат встал, отодвинул Виталия и подошёл к Тимуру.

— Тебе, в самом деле, эту книгу дембель подарил?

Тимур кивнул. Солдат улыбнулся и протянул руку.

— Меня зовут Павел. Я — дед, здесь служу радиомастером. Книгу почитаю и верну. Даю слово. Договорились?

— Базара нет! А мою форму, если кому подойдёт, можете забрать. Я же всё равно весной демобилизуюсь. Шинель с шапкой уже не пригодятся. А парадку я потом себе новую найду.

Тут старший оператор Виталий заявил:

— Форму я себе оставляю, у нас с молодым один размер.

Рядовому Кантемирову в самом деле не было жалко свою форму, тем более ему служить оставалось ещё целых полтора года. Тимур только попросил окруживших его бойцов:

— Расскажите хоть, куда я попал и как дальше служить буду?

Довольный Виталик ответил:

— Садись и слушай, пока ты у нас первый и единственный молодой. Остальным ты уже сам объяснять будешь за службу.

И принялся рассказывать. Огневой городок или полковое стрельбище располагалось в двенадцати километрах от Дрездена, недалеко от трассы в сторону Лейпцига, около деревни Помсен. Поэтому так и называлось — стрельбище Помсен, или просто — Помсен. По направлению стрельбы огневой городок упирался в густой лес, глубиной около четырёх километров, за которым находилось кукурузное поле. К стрельбищу примыкал отдельный противотанковый батальон. А с тыла, за пшеничным полем, был большой яблоневый сад немецкого кооператива. Это был отдалённый гарнизон, состоящий примерно из двадцати солдат разного периода службы, кроме первого, практически на полном самообслуживании. В полку, где все и стояли по штату, только получали раз в неделю бельё, продукты и сигареты.

На стрельбище была своя небольшая казарма с кухней и столовой и отдельный офицерский домик, где иногда оставались ночевать старшина с прапорщиком, начальником стрельбища.