Кто сильней - боксёр или самбист?

Правда, после первых же пропущенных ударов пришлось несколько раз всплакнуть про себя, тихо в сторонке, но вскоре, привыкнув к синякам и разбитым губам, поселковый мальчишка уже с нетерпением ждал каждую тренировку и не представлял свою жизнь без спортзала.

А курить он так и не научился никогда! И даже потом привёл в тот зал Ваню Маркина. Со временем боксёров на тренировках становилось всё меньше, народ по разным причинам отсеивался, и к весне все стали заниматься в одной группе. Основной костяк был с разных концов посёлка, держались все особняком, в местных конфликтах старались не участвовать, но могли всегда появиться в любом районе и правильно ответить на резонный вопрос местных: «Пацан, ты с какой улицы и кого здесь знаешь?»

После окончания восьмого класса Тимур поступил в техникум, расположенный в областном центре в часе езды от посёлка. Тренировок не бросил и к диплому смог выполнить разряд кандидата в мастера спорта (КМС) в наилегчайшем весе — до сорока восьми килограмм («вес мухи»). Боксёр знал от тренера, что есть договорённость руководства ДЮСШ с военкоматом о том, что он будет служить в спортроте недалеко от дома. Поэтому к призыву относился совершенно спокойно, зная, что и в армии не оставит занятия боксом. Такого понятия как «закосить от армии» в те времена не существовало в принципе. Будущий защитник Отечества уже ждал с нетерпением своего призыва и мечтал выполнить к концу армейской службы разряд мастера спорта СССР.

Сегодня призывник Кантемиров с самого утра прошёл заключительную медицинскую комиссию, которая уже в очередной раз показала годность его молодого организма к несению строевой службы. В подтверждение этого вердикта людей самой гуманной профессии Тимур получил на руки под роспись повестку, предписывающую ему окончательно явиться завтра к 9:00 на сборный пункт военкомата. Легко было на душе у Тимурки!

Путь домой заканчивался, оставалась последняя остановка у небольшого посёлка около уже давно закрытой шахты под номером сорок четыре, сам посёлок так незатейливо и назывался — «Сорок четвёртая» или «Заозёрная», а местные пацаны называли себя не иначе как рыбаки. Слава об этих рыбачках ходила дурная: поговаривали, что могут и втроём на одного, и через раз с кастетами ходят. Автобус остановился у старого, покосившегося бетонного здания, и в пустой салон на заднюю площадку запрыгнули, оживлённо переговариваясь, четверо молодых парней лет по двадцать. Эта встреча, хотя и на нейтральной территории, ничего хорошего не сулила, поэтому Тимур сразу пересел на противоположное сиденье, лицом к задней площадке. Пацаны враз замолчали и уставились на чужака. Один из них, высокий, в спортивном костюме и кедах, через зуб сплюнул на пол салона. Тимур знал его ещё по секции бокса.