Переполох в Академии Граней. Это кто ещё попал!

Пора уже применять радикальные методы. В том числе — прямой допрос.

— Ты уверена, что хочешь поговорить об этом здесь и сейчас? — девушка скашивает глаза, стреляя взглядом в идущих позади нас коллег.

А у меня в груди радостно ёкает!

Я оказалась права! Фи — это Феарина. Выкуси, Фло!

Мне сейчас очень хочется, чтобы рыжая зазнайка оказалась рядом. Посмотреть в её наглую мордочку и сказать, что "не всё-то ты, Флоренс, знаешь".

— Нет-нет, ты права, — тут же соглашаюсь я с лекаркой. — Давай поговорим в моей палате, пока я буду переодеваться.

— Я, вообще-то, тоже не против послушать, — вставляет свои пять копеек до сих пор молчавший Дейрик.

— Мы не в настолько близких отношениях, — пытаюсь отвертеться я. — Будет что-то важное, сообщу.

— Да ну? — смоляная бровь Рика приподнимается в игривом изгибе.

Его лицо приобретает опасно-хищное выражение. В сочетании с прожигающим взглядом это заставляет меня нервно выдохнуть.

— Я поставлю иллюзию и ничего не увижу, — обещает Верндари, чем отметает любые мои попытки оставить его за дверью.

— Да шут с тобой, — сдаюсь я.

Попробую выкрутиться на месте.

В лечебное крыло мы добираемся через десять молчаливых минут. Ни Феарина, ни мы с Риком не произносим больше ни слова. Я боюсь спугнуть удачу лишней болтовнёй. Верндари, видимо, придерживается того же мнения, а Феарина… Ей просто не до нас. Пока мы шли через площадь, она и её коллеги успевают помочь тем, кого ещё не погрузили на левит-носилки. По обрывкам разговоров я понимаю, что весь сыр-бор произошёл на почве отбора. Часть студентов хотели писать жалобу в центральное отделение Пиримских Клинков, вторая часть их урезонила. В итоге почти сорок студентов получили ряд травм — от лёгких до средних.

— Дурни, — только и прокомментировал Рик. — Своей выходкой ещё больше ослабили оборону Академии.

Поэтому, когда мы оказываемся в лекарском крыле, там шумно и многолюдно. Заведующий, высокий и крепкосложенный мужчина в зелёном форменном комбинезоне, стоит в регистраторской и раздаёт команды направо и налево. Он неуловимо похож на нашего Хуча, и я даже оглядываюсь на Рика. Тот кивает мне, сходу улавливая, что я у него спрашиваю.

И мне бы испугаться такого нашего с ним понимания, да не успеваю.

— Это кто ещё? — завидев нас, вопрошает главный лекарь.

И даже голос у него напоминает нашего здоровяка.

— Уборщики, — лаконично докладывает Феарина, ловко скользя между снующих работников. — Ректор отрядил нам целую боевую Звезду.

— Да что с этих аристократишек взять? — нахмурившись, вопрошает мужчина.

— Это значит, что мы можем идти, дэр Бефферадо? — с надеждой в голосе уточняет Рик. — У нас, признаться, очень много дел и вопросов, которые надо решить.