Кто кого

– Тебе эта мысль пугает, или заводит? – отпустив моё запястье, которое до этого поглаживал, Грэг переместил свои руки на мои бёдра, медленно скользя ими вверх, по бокам. А я просто залипла от его вопроса и попыталась представить, что почувствую, если сейчас дверь откроется, и нас застанут в такой пикантной ситуации. Даже глаза прикрыла, чтобы легче представить всё это было. Яркая картинка перед мысленным взором заставила выплеснуться в трусики очередную порцию смазки. На что я рефлекторно сжала бёдра. И, видимо от Грэга это не ускользнуло. – Вообще-то за дверью сейчас стоит Торэл и ждёт тебя. Так что если кто и заглянет, то только он. Ты бы позволила ему присоединиться?

Грэг медленно поворачивал нас, и открыв глаза я обнаружила, что мы стоим аккурат лицом ко входу. Так что если даже тот же сопровождающий заглянет, то он точно сразу всё увидит и поймёт. От этой мысли я ещё сильнее сжала бёдра. А Грэг дальше повёл свою игру, добавив в голос хрипотцы и сделав его ещё чуть-чуть ниже.

– Значить идея, что нас может застукать Торэл тебе понравилась, моя сладкая девочка, – Грэг уже добрался до груди и теперь взялся неторопливо её оглаживать, прямо так, через ткань платья. – А если народу будет больше? Закрой глаза. Вот так, хорошая девочка. Представь, что мы с тобой стоим на сцене. Тебе не видно, но в темноте зала собралось много мужчин, которые пожирают тебя голодными взглядами. Но они могут только смотреть, в отличие от меня. Ведь мне позволяется тебя касаться, ласкать и целовать.

Прикосновения Грэга были больше дразнящими, и теперь такими же поцелуями он касался моей шеи. Не знаю, как он умудрился отодвинуть мои длинные прямые волосы без помощи рук, но, тем не менее, доступ к шее он себе обеспечил. Руки у него были заняты тем, что спускали с моих плеч платье. Благо широкий вырез это легко позволял.

– Ну и как тебе в свете единственного прожектора? – искушающе говорил Грэг. Наверно он знаком с той истиной, в которой говориться, что женщина любит ушами. Но мне нужны были не только слова, и, к чести Грэга, он давал мне всё, что требовалось. – Я смотрю, твои соски уже затвердели. Ну как, покажем их зрителям? Ты же помнишь, что зал полон? – с этими словами, Грэг ещё немного опустил плечики платья, до того уровня, чтобы показался край ажурного бюстгальтера. Его он тоже зацепил и потянул вниз. Но лишь слегка. Потом он по-очереди ладонями нырял за кромку белья и доставал наружу груди, так, чтобы «остальным было видно». Пощипывая и оттягивая соски, Грэг продолжал говорить пошлости. Я даже не представляла, что он будет способен проделывать нечто такое, порочно-запретное, но оттого не менее приятное. Пусть я и смущалась, но лишь от своих фантазий, которые Грэг просто подстёгивал своими словами.