Кто сильней - боксёр или самбист? Часть 4

А они понять не могут — варум (warum — почему) такая херня? — Кантемиров начал потихоньку ржать. Тоцкий, даже не подумав о том, что с чего это вдруг его Симона будет встречаться с жёнами особиста и комитетчика в городе или в другом месте, представил картину, как женщины принюхиваются друг к другу и не могут ничего понять, улыбнулся и задал вполне логический вопрос:

— А как ты передашь духи этим жёнам?

— Вот! Толик одни духи ты сейчас заберёшь с собой и отдашь нашему особисту в Бресте. Скажешь, подарок лично от тебя. Майор мужик нормальный — для жены возьмёт, не откажется И потом, ты же в Союзе останешься. И для особиста риска никакого. А так, всё красиво получится. А комитетчику я сам потом на тренировке от тебя и отдам.

— Договорились, братан. Убираем духи. А за операцию «Парфюм» надо выпить.

— Это обязательно!

Друзья допили водку, расплатились по счёту, оставив щедрые чаевые, и собрались было покинуть уютное и дружественное заведение, как рыжий бармен со словами: «Еin Moment bitte» поставил перед друзьями на барную стойку фиер доппельт водка и цвай апфельсафт.

От заведения в честь Дня рождения…

Друзья переглянулись, и Тимур сказал:

— Если откажемся, то обидим наших немецких товарищей.

— Друзей обижать не будем, — согласился Анатолий.

Первые «доппельт водка» маханули за всех присутствующих в этом зале, следующие — на посошок. Идти было примерно с квартал, и прогулка на свежем саксонском воздухе вечернего Дрездена вперемешку с песней про «самолёт и зелёное море тайги…» немного отрезвили советских прапорщиков…

* * *…Первым в заведение под названием «Am Th or» вошёл Кантемиров, за ним Тоцкий. Слева от входной двери, у окна сидел директор Дома советско-германской дружбы и пил пиво. Комитетчик заметил входящих, поднял правую руку и посмотрел на часы.

Прапорщики на входе переглянулись. Тоцкий икнул, Кантемиров пожал плечами и уверенно подошёл к столику:

— Здрасьте, здрасьте, товарищ капитан."

"Капитан госбезопасности перевёл взгляд с одного пьяного прапорщика на другого и спокойно кивнул на стулья. У нелегала страх перед сотрудником КГБ был выбит немецкой водкой, но Анатолий пока не знал, как вести себя с будущим куратором, и стоял на месте, слегка пошатываясь.

Тимур виделся с самбистом примерно раз в неделю, уверенно присел за стол, наклонился к сотруднику в штатском и тихо спросил:

— Виктор Викторович, у вас продается славянский шкаф?

— Шкаф продан, могу предложить никелированную кровать с тумбочкой, — чуть улыбнувшись, ответил комитетчик.

Начальник стрельбища поднял голову в сторону бывшего начальника вещевого склада:

— Присаживайтесь, товарищ прапорщик. Здесь все свои. Я проверил.

Толик укрепил своё не очень послушное тело на стуле, выдохнул и даже смог пьяно улыбнуться Путилову.