Ксандер (ЛП)

— Ксандер, я понимаю, что у вас с Генри есть разногласия, но я не стану слушать ни слова против него, – проговорила она уголком рта. Внешне она фальшиво улыбалась любопытным гостям, чтобы сгладить неловкую ситуацию.

Но мне было плевать, что они пялятся.

— Он промыл тебе мозги, – огрызнулся я.

— Неправда, – возразила она. — Он был рядом со мной, когда моя жизнь развалилась на части. Ты знаешь, что происходит, когда попадаешь психиатрическую клинику по предписанию суда? Они сказали, что я представляю опасность для себя и общества. Никто не мог меня вытащить, но Генри вмешался и взял на себя ответственность за меня. Он даже подал прошение об опекунстве, чтобы выписать меня из этого ужасного места.

Какого черта?

Я в ужасе уставился на нее.

— Ты добровольно дала ему доверенность? – спросил я, шокированный.

Генри заставил мою мать отказаться от карьеры и полагаться исключительно на него, как только они поженились. Я был ошеломлен, узнав, что Джордан планировала продолжать работать после свадьбы. Наконец-то кусочки головоломки встали на места.

Его не беспокоило, что Джордан «будет чем-то занята», потому что она уже принадлежала ему. Если и было что-то, что Генри любил больше, чем красивых женщин, так это полный контроль над их жизнями. Она никогда не сможет пойти против него. Он отправит ее в лечебницу, если она попытается уйти от него, заявив, что она психически не способна принять такое решение.

Джордан отказалась от своей жизни.

Черт.

Я с силой тряхнул ее за плечи.

— Что ты наделала, Джордан?

— Что ты имеешь в виду? – недоуменно спросила она.

— Он никогда не отпустит тебя, если является твоим опекуном, – озвучил я тревожащую правду. — Он уничтожит тебя.

Моя грудь сжалась при мысли о том, что злая тьма поглотит этот прекрасный, яркий свет. Солнце сядет навсегда и больше никогда не засияет.

Кинжал пронзил мою грудь, и я наконец понял, почему не хотел вести ее к алтарю, чтобы выдать замуж за другого мужчину, почему не мог отпустить ее и устраивал спектакль посреди ее свадьбы.

Я влюбился в невесту моего отца.

Тяжесть осознания подкосила меня. Я знал, что эти выходные закончатся плохо; я просто не предполагал, по какой причине.

Я хотел схватить Джордан за руку и убежать. Где угодно с ней было лучше, чем в самых роскошных местах без нее, но куда мы могли пойти? Мне было девятнадцать, и я учился в колледже. Наше счастье было бы недолгим, даже если бы я каким-то образом убедил ее. Мой отец жил ради мести. Он бы поместил ее в психушку, а маму и Джаспера оставил бы без гроша в кармане, чтобы наказать меня."

"Обида, какой я никогда раньше не испытывал, захлестнула меня. Она была направлена на моего брата, больную мать и всех, кого я любил. Каждый раз, когда я хотел чего-то для себя, мои руки были связаны из-за них.