Ксандер (ЛП)

Он двигался в сторону нашего помпезного коридора.

Я попросила персонал установить в этом коридоре башню с шампанским, потому что гости любили делать здесь фотографии для Instagram. Картины украшали обе стороны роскошных стен, наряду с богатыми гобеленами и позолоченными зеркалами. Полированная мраморная плитка и мягкие ковры добавляли очарования, хотя, когда я вошла в пустой коридор, все уже разошлись.

Генри стоял в самом конце. Почувствовав облегчение, я двинулась к нему... и тут же замерла.

Он был не один. Кто-то еще был с ним у башни с шампанского, хотя я не могла разглядеть другого человека, пока не завернула за угол.

Меня словно подталкивали неподвластные мне силы, побуждая сделать решительный шаг и стать свидетельницей сцены под мягким светом, заливающим пространство.

Рядом с ним стояла стройная брюнетка лет двадцати, одетая в прозрачное платье, которое оставляло мало места для воображения. Рука моего мужа лежала у нее на плече, собственнически поигрывая бретелькой ее платья. Я узнала этот жест: он так же непринужденно и суетливо играл с браслетом своих Ролексов, когда ему было скучно.

Он и раньше прикасался к ней подобным образом, – подумала я, чувствуя тошноту.

— … не могу дождаться, когда сниму это с тебя позже, – пробормотал он. — Я подумал, что приберегу бутылку шампанского, чтобы отнести в офис, может быть, сегодня вечером. Я мог бы пить Дом8 прямо с этих больших, идеальных сисек, пока ты...

Кровь в моих венах застыла. Я прочистила горло. Генри и брюнетка дернулись, ее большие, идеальные сиськи подпрыгнули вместе с ними.

— Джордан!? – Генри быстро пришел в себя. — Это моя жена, – сказал он брюнетке, которая все еще шокировано хлопала оленьими глазками. — Я думал, ты занимаешься гостями, детка, – сказал он мне. Он никогда не использовал ласковые слова, если только не косячил.

Я стояла и смотрела на своего мужа с другой женщиной, впиваясь ногтями в кожу.

Мне следовало чувствовать опустошение. После всего, что я сделала, чтобы завоевать любовь мужа, только для того, чтобы остаться еще более изможденной, чем раньше, – это должно было подкосить меня или вызвать безудержный поток слез.

Ни того, ни другого не произошло.

Учитывая наш непростой брак, измена не стала неожиданностью. У меня было подозрение, что он больше не верен мне. Конечно, думать об этом и видеть это – две разные вещи.

Мои внутренности скорее онемели, чем взорвались от боли. Странно, но я была расстроена, а не огорчена. Он выставлял напоказ свою неверность на новогодней вечеринке, которую заставил меня организовать в последнюю секунду.

Гнев бурлил во мне, как шампанское, которое я выпила. Я подошла к ним как раз в тот момент, когда он оттолкнул свою любовницу. Брюнетка издала визгливый вопль.