Крысятник

Такое поведение может насторожить любого встречного, а следовательно, пальчики следует искать на входной двери."

"Шибанов вышел в коридор и, достав липкую ленту, снял отпечатки в местах возможного касания. Аккуратно сложив ленту, он тщательно закрыл дверь. Сегодня же нужно будет передать ленту Федорчуку.

Домой Шибанов вернулся поздно. Галина уже спала. И хорошо, не нужно давать лишних объяснений. Уже полгода они жили вместе. Не расписаны, а так… вели совместное хозяйство. Похоже, что обоих это устраивало. Не следовало обременять друг друга обязанностями, а в случае серьезной ссоры можно было распрощаться и не засорять себе мозги лишними заботами.

Шибанов разделся. Не спеша повесил одежду на спинку стула и лег рядом с Галиной. Девушка лежала, укрывшись легким покрывалом, под которым угадывалось роскошное упругое тело. Огромная находка для романтиков и поэтов, жаль, что Григорий не принадлежал ни к тем, ни к другим. И мыслил весьма прозаически, а во время близости заставлял Галину менять позы всего лишь односложными командами.

Неожиданно подруга открыла глаза — неужели до ее сознания достучались его любовные флюиды?

— Часа два назад тебе звонила женщина, — ласково проворковала Галина, прижимаясь к его груди.

Рука Григория скользнула по ее телу и остановилась на гладком бедре. Есть какая-то необъяснимая притягательность в полусонных женщинах.

— Что еще за женщина? — поинтересовался он как можно более равнодушно.

— Себя она не назвала. Но я начинаю тебя ревновать.

— Глупости. Что она сказала?

Галина прижалась к нему всем телом, и Шибанов ощутил, как ее бедра норовят оседлать его торс. Потрясающее ощущение!

— Она сказала, что перезвонит тебе завтра… А еще она сообщила, что звонит по объявлению и хочет продать дуэльный пистолет.

— Что?! — Шибанов схватил подругу за талию и снял оттуда, куда она почти взгромоздилась.

— Пистолет?!

Галина поморщилась.

— А ты невежлив. Я, конечно, понимаю, что у милиционера только оружие на уме, но не до такой же степени.

Обидчиво вздымающаяся грудь опять скрылась под одеялом.

— Прости, я не хотел тебя обидеть, — признал Шибанов свою оплошность. — Для меня этот звонок очень важен.

— Хорошо, что любящие женщины умеют прощать своих мужчин, — хмыкнула Галина. — Иначе дети уже давно бы перевелись… Она сказала, что у нее есть как раз такой пистолет, который ты ищешь, и если это не будет обременительно, то она непременно позвонит тебе завтра.

— И что ты ей ответила?

— Сказала, что ты будешь ждать ее звонка рано утром.

На душе полегчало.

— Ты правильно поступила, малышка.

Желание, которое, казалось бы, угасло, понемногу возвращалось, будоража воображение.