Крысиные гонки

Оп-п…

— Вовчик… Я вроде не пил последние дни; хотя носом и треснулся, но вроде не должно бы у меня быть сотрясения… Мне показалось — там что-то пушистое пробежало?

— А. Это Джордж — в голосе Вовчика прозвучала нежность.

— Кролик. Декоративный.

— Это хорошо что не белочка, значит мне ещё рано белочек видеть… Что у тебя делает дома декоративный Джордж? Тоже последствие становления Народной Власти?

— Нет, Джордж вне политики. Я его купил. На рынке.

— Вовчик. Давай ты мне расскажи по-порядку, как ты за эти несколько недель, что мы с тобой не общались, дошёл до жизни такой, что у тебя новая власть дверь выносит, а по квартире бегает пушистый Джордж?

Это было ещё «до Джорджа» и до происшествия у продуктового магазина. Когда случился путч, Вовчик был дома. После того как умерла мама он, помимо своей обычной подработки сторожем на стройке и помошником бухгалтера, стал подрабатывать ещё и корректором в издательстве, беря работу на дом. Незадолго перед путчем на стройке платить перестали окончательно. Поругавшись с начальством, и, так и не получив задержанную за три месяца зарплату, сторожа, скооперировавшись, однажды ночью загрузили какому-то частнику из пригорода все стройматериалы, которые ещё оставались на стройке: кирпич, шифер, опалубку, остатки цемента — за наличный расчёт. А после того как смогли продать кому-то и вагончик-бытовку, посчитали что взаиморасчёты с работодателем закончены. У Вовчика осталась только корректура да бухгалтерия нескольких мелких фирмочек, рассчитывавшихся нерегулярно и в основном всякой натурой, благо что недорогими продуктами он затарился на протяжении этих трёх лет вполне достаточно для индивидуального выживания.

Вот и в этот день он сидел на кухне и на стареньком компьютере внимательно вычитывал текст. Текст был длинный, тупой и скучный, но за него платили, и Вовчик внушил себе как обычно, что это и не работа, а тест на волю, усидчивость и внимание. Это удалось, и работа продвигалась споро.

На улице грохнуло и затарахтели выстрелы. Подскочив как ужаленный, он сбросил наушники через которые в процессе работы слушал музыку, и из-за которых раньше не услышал отдалённой стрельбы. Подскочив к окну, он увидел как по проспекту перебежками передвигаются фигуры в камуфляже, с оружием. Увешанные амуницией, всеми этими «разгрузочными желетами» да «разгрузочно-подвесными системами», про которые он до этого не только читал на сайтах, но и даже сам сшил себе что-то подобное на старенькой маминой швейной машинке; они прятались за стенами, влипали в проёмы окон, растекались в нишах домов, и всё целились, целились в что-то, находящееся в другой стороне Проспекта.

«Началось??!» — вихрем пронеслось в голове, — «Опоздал?..