Крысиные гонки

ерковь и постройки довольно-таки обособленно стоят; как чурки вот ррраз — и на территории оказались, почему никто тревоги не поднял, спали они что ли на ходу; чёртов поп, никакого контроля за происходящим, расслабил паству; а ещё говорили что он в армии служил, в стройбате он что ли служил, никакого понятия о … впрочем, и заметили бы заранее — что бы сделали? Круговую оборону занимать? Чем, с кем? Одно старичьё верующее, бля. Хорошо верующему в бога, тепло ему на свете; только к противодействию реальной опасности это никоим боком…

И тут он увидел лежавшего у угла дома мужика — из местных. Совсем недвижимо лежавшего, ногами в сторону Вовчика; и хотя и без видимых повреждений — но совсем нехорошо лежавшего. Мёртвого скорее всего. Вот так вот, Вовчик. Вот такие вот «гости». Это не в гости, нет, это «спецоперация», и не даром они плачущих богомольных тёток в склад запихивают — как-то запахло от этого старым каким фильмом «про войну», где фрицы стволами шмайссеров гонят деревенских в амбар… драпать немедленно надо! Куда Катька, дура, за попом увязалась; а Аделька стоит и хлопает глазами…

Коротко переговоривший со священником старший «камуфляжный» отрицательно несколько раз покачал головой в ответ на многословные возмущённые «подачи» Отца Андрея; и что-то тоже, в свою очередь стал говорить ему, впрочем, довольно уважительно, судя по виду. Вовчик бочком-бочком уже совсем было передвинулся к углу дома, когда его крепко взял за рукав видимо дежуривший за углом небритый и довольно щуплый чурка:

— Иди туда… пожалуйста! Сказано всем пока — туда!

— Да пошёл ты!! — Вовчик рванулся, выдёргивая рукав. И одновременно увидел, как Отец Андрей толкнул в грудь «камуфляжного» и попытался пройти меж тем и его двумя приближёнными, детинами лет 25-ти, и один из них тут же ударил священника в лицо…

Посланный Хроновым на разведку парень ещё не вернулся, когда вдали вновь раздались выстрелы, и тут же во входную дверь протарабанили кулаками; затем дверь скрипнула открываясь, и в комнату, к ожидающе уставившимся на вход парням, ворвалась Аделька:

— Пацаны!.. Витька! На церковь чурки напали!

Хронов изменился в лице и схватил стоявшее в углу ружьё. Один из парней также достал из-за шкафа стоявшее там ружьё БорисАндреича, переданное им «для усиления боевой мощи дружины», и принялся прилаживать на пояс самодельный подсумок с патронами. Остальные быстро расхватали бейсбольные биты и «бейсбольноподобные» струганные палки-дубинки, с которыми и дежурили по ночам. Проснувшийся пропойца, сидя на диване, усиленно мял ладонями заплывшее лицо, стараясь придти в себя и вникнуть в ситуацию. Собственно, все ожидающе и уставились на Хронова, ожидая его решения и команды.