Крысиная башня

Рыжая фыркнула, попрощалась до завтра со всеми нами, и закрылась. Дома мама с удивлением рассматривала ссадины на лице Толика, ободранный и залитый йодом кулак, но ничего не сказала и ушла спать. Наверняка ведь подумала: ‘Я знала, что он бандит!’, что бы ещё? А что Толик вписался за девчонку ‘против превосходящих сил противника’ – так и не поверила бы, небось. Пили чай на кухне, батя назначил ‘разбор полётов’. – Да. Это мы влезли... РобинГуды хреновы... Ну Толян-то ладно, – отморозок, но я-то?.. Да ещё Сергей с нами... Не, это была конкретная дурость, и мне за этот эпизод в биографии всегда будет стыдно! – А я думал – гордиться будешь! Не всё же в жизни ути... ли... – Утилитарно? – Да. Не всё же быть ‘практичным’? Девчонку вот от хачей спасли. Зачтётся ‘там’? – Толик потыкал пальцем в потолок. – Навряд ли. Мало надежды. И вообще, не надо с богом строить отношения ‘баш на баш’, он, говорят, этого не любит. Да и влез ты, Толик, согласись, потому что... Ну вот вписался бы ты за женщину весьма средних лет, по комплекции – работника общепита? – А то. Тут дело прЫнципа. Я наглых хачей не люблю. И вообще – наглых. Потому что сам – наглый, хы! Вписался бы – веришь? Чё, думаешь, чисто на тёлочку запал? Ну и запал – подруга очень ничего себе; но одно другому не мешает! – Ну, ладно. Сергей... – Да понял я всё, пап... Ступил. Осознаю. – Ты понимаешь, что тормозя, ты нас мог всех подставить? – Я же сказал... Ступил. Больше не повторится. – Ну, надеюь, больше в кабаки мы таскаться не станем; хотя ситуации в жизни могут быть всякие. Толя! Ты чего ломанулся на стволы в вестибюль? – Я ж сам со стволом был. Время. Пока, в сумятице, и нужно было к выходу прорываться, а не устраивать позиционные бои. Всё логично. Тут мне краснеть не за что. – Ты ж сам говоришь – попали в тебя два раза? – Гы. Соврал. Не попали ни разу; это было бы для меня не только больно, но и западло. Чтоб какие-то лохи попали? В скоротечном огневом?.. Не. Там толстый сразу шмальнул в меня – из какой-то большой дуры, типа Осы, я ушёл оба раза, и в ответ – в него! Потом... – Ты ж говорил... – Перед девочкой, ага. Чтоб чувствовала, что ‘я за неё на фронтах раненый’, хы! – Толик довольно засмеялся. – Психолог... хренов. Ладно. А когда ты понял, что у тебя резиноплюй? – Да сразу и понял. И отдача не такая, и пули от стен живенько так отскакивают. Был у меня наган. Уважаю я эту систему. За неименеем других... – А если бы был боевой – ты бы тому, у входа в вестибюль, в голову бы стрелял? Честно говоря, я аж дрогнул, когда ты эдак, не задумываясь... – Знаешь, братан, если бы в меня там, в вестибюле, палили бы из боевого, – я бы этого тоже завалил бы, рука бы не дрогула. Ибо вместе они были. А так... Ну чё ‘если бы’? Знал я, что ‘резина’, потому и...