Крысиная башня

О спиртном и бабах он и мечтать боялся! Экспресс-допрос, сопровождаемый пинками и затрещинами, ничего не дал; этот лохматый и вонючий чурка то ли ничего не знал, то ли придуривался; и Старший уже хотел оставить его в покое и идти дальше ‘с поквартирным обходом’, когда внизу вдруг вновь треснули автоматные очереди. Он подскочил как ужаленный – он-то считал, что внизу всё закончено! Раздавшаяся вслед за этим короткая, на два патрона, очередь, не оставляла сомнений – кого-то ‘законтролили’, только вот кого?.. Что-то происходящее всё больше ему не нравилось; происходящее резко выбивалось из отработанного уже сценария захвата ништяков у богатеньких хомяков Мувска. Он устремился вниз, попутно, следуя спецназовскому правилу ‘не оставлять в тылу живых врагов, как бы безобидно они не выглядели’, свернув шею Джамшуду. Коротко, между делом: правой рукой на подбородок, левой – на затылок, рывок вверх для расслабления шейных мышц – и резкое скручивающее движение против часовой стрелки; – и тело Джамшуда, дрыгая ногами, упало на пол. Старший вовсе не был запредельно жестоким человеком, просто он выполнял устоявшиеся правила, а стрелять означало обозначить себя. Подхватив стоящий у стены свой автомат, он мягким, скользящим шагом, выставив вперёд ствол, двинулся вниз... *** Крыс сейчас реализовывал один из сценариев борьбы с ворвавшимися в Башню захватчиками, которые они раньше полувшутку-полувсерьёз обсуждали с Олегом. После того, как через дверь застрелил одного из нападавших, он бросился в комнату, перепрыгнул через стоявший в углу диван, и, повесив автомат на шею, протиснулся в дыру в полу, спустился вниз по верёвке. Ему, мальчишке по габаритам, это было несложно, а вот для Толика лазить по таким узким дырам было, как он выражался, ‘шкуродёр’. Квартира, в которой он оказался, была заперта, он это знал; и она так же была ‘проходная’ – выломан кусок стены с водопроводной арматурой в ванной, и в соседнюю, тоже запертую квартиру можно было попасть вполне легко, всего лишь нагнувшись. Из следующей квартиры замаскированный ковром на стене лаз шёл уже в квартиру, принадлежавшую к первому подъезду, – а там уже можно было перемещаться хоть вверх, хоть вниз... Батя так и говорил: – ‘Серый, наша Башня – подобие густых джунглей, или муравейника, где только мы знаем все пути-дорожки. А не в чистом поле, в лесу-джунглях роль играет не мощь оружия, и даже не численность нападающих, а тактика ведения боя и знание местности.